Две правды и одна ложь…

– И ты ведь знаешь, что без Саттон Мерсер тут не обошлось, – щебетал девичий голосок.

– Как всегда! – вторил ему другой, более резкий голос.

– Даже не представляю, как Тайер решился пойти к ней домой, ведь все говорят, что он чуть не погиб из-за нее. Я хочу сказать: о чем думает этот парень, снова связываясь с ней?

Мурашки пробежали по телу Эммы. Тайер чуть не погиб из-за Саттон? Она вдруг вспомнила, что сказал Итан в пятницу, незадолго до того, как они поцеловались: ходили слухи, будто Саттон на своей машине едва не сбила кого-то насмерть.

– Алло? – шепотом ответила она.

– Саттон? – раздался в трубке низкий голос. – Это детектив Квинлан.

Она крепче сжала телефон, сердце у нее замерло. Эмма выросла в страхе перед полицией. У Бекки частенько случались стычки с копами, и Эмма всегда боялась, что ее упекут в тюрьму за компанию с матерью.

– Да? – пискнула она.

– Нужно, чтобы ты пришла в участок и ответила на кое-какие вопросы! – рявкнул Квинлан.

Эмма не могла сказать полиции «нет». Вздохнув, она пообещала, что скоро придет. Сунув телефон в карман, она вышла из раздевалки в облицованный мрамором холл школы «Уилер». Вдоль дальней стены тянулся длинный ряд шкафов; многие из них были украшены наклейками, миниатюрными помпонами и граффити вроде «ВПЕРЕД, УИЛЕР!», «АНГЛИЙСКИЙ – ОТСТОЙ» или «ДЖЕЙН – ШЛЮХА». В открытое окно струился послеполуденный солнечный свет, разбрасывая золотые пятна по синим стенам.

Эмма беспомощно смотрела на свой телефон. Полицейский участок находился рядом со школой «Холли», километрах в шести от «Уилер». Как же она туда попадет? Лорел все еще с ней не разговаривает и, конечно, тут же доложит Мерсерам, что Саттон опять вляпалась в неприятности. Вопросы, которые хочет задать детектив, скорее всего, связаны с Тайером – значит, она не может позвонить Мадлен. Шарлотта еще доигрывает свою партию в теннис, а Итан повез маму к врачу.

– Итак, – начала Габби, когда они отъехали от обочины. Ее голос прямо-таки сочился любопытством. – Ты собираешься навестить Тайера в тюрьме, верно?

– Мы так и подумали, – сказала Лили, прежде чем Эмма успела ответить. В зеркале заднего вида отразились ее широко распахнутые голубые глаза с комочками туши на ресницах. – Мы знали, что ты не сможешь остаться в стороне.