Две правды и одна ложь…

Старинные часы в дальнем правом углу холла оказались единственным предметом обстановки – дом был абсолютно пуст.

– Ау? – снова позвала Эмма. Как-то не верилось, что никого еще нет. Но ее голос эхом разнесся по дому. В тусклом лунном свете поблескивала паутина в углах. Эмма повернулась к Итану. – Может, они еще не приехали?

– Может быть? – Итан отступил назад и посмотрел вверх.

Эмма и Итан резко обернулись. Входная дверь захлопнулась за ними.

Эмма подбежала к двери и попыталась ее открыть. Ручка не поддалась.

– Кто там? – закричала она.

Ее как будто током ударило. На крыльцо не выходило ни одного окна, так что она не могла видеть, кто запер их в доме.

– Что это? – взвизгнула Эмма.

– Снаружи кто-то есть, – сказал Итан. Он снова дернул за ручку, но она не поддалась. – Кто там? – сердито крикнул он. – Выпустите нас!

– О боже, – прошептала Эмма, вцепившись в его рубашку. – А что, если это Тайер? Что, если его выпустили досрочно и он нас выследил?

– Я не позволю ему и пальцем тебя тронуть, – сказал Итан, крепче обнимая Эмму.

 – Обещаю.

С улицы донесся стон. Потом послышались царапающие звуки, как будто дверь пытались открыть с той стороны.

– Итан, мы должны спрятаться! – закричала Эмма, оглядываясь на пустые чуланы и голые стены. Она схватила его за руку и кинулась к лестнице, но на первой же ступеньке у нее подвернулся каблук. Она упала, но Итан успел ее поймать. Еще один удар сотряс дверь. За ним последовал все тот же жуткий скрежет. Тень пробежала по задней стене. А потом раздался дикий крик.

Эмма схватила Итана за руку.

– Это розыгрыш. Нас разыграли. Подруги Саттон так развлекаются.

Смятение отразилось на лице Итана.

Его плечи расслабились от нахлынувшего облегчения. Он шагнул к Эмме и скользнул руками по ее спине, до самой поясницы. Потом притянул ее к себе.

– Ну, тогда это лучший розыгрыш всех времен и народов. Я не возражаю провести всю ночь здесь, взаперти, наедине с тобой.

Эмма задрожала, но уже совсем по другой причине. Она стояла так близко к Итану, что невольно задавалась вопросом, чувствует ли он, как бьется ее сердце под тонким шелком платья.

Она заглянула в его лицо, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее. Она снова пробудилась к жизни, лишь только их губы встретились. Она обвила его шею руками и ответила на поцелуй, мечтая, чтобы этот миг длился вечно.

– Попались! – воскликнула Мадлен.

Шарлотта хлопала в ладоши, а «твиттеряшки» возбужденно визжали.

– Ты так испугалась! – вопила Габби.

– Вовсе нет, – поспешно сказала Эмма.