Многое им сошло с рук, много они натворили в прошлом. Но тут ничего удивительного, подобное тянется к подобному. Три мерзавца спелись и годами творили беспредел, - он говорит мягко, в то время как лицо напрягается, выдавая его ярость.
- Я не знаю ни о каких друзьях, - пожимаю плечами.
- Я бы тоже предпочел навсегда вычеркнуть их, - скалится, но за секунду оскал сменяет милейшая улыбка. – Но надо действовать осторожней, избегая ненужных последствий. Первый, так называемый, дружок – Константин Огнев.
У него находится флешка, она мне нужна. Могу сказать больше, эта флешка, обеспечит и вам, Елизавета, комфортную и безоблачную жизнь. Со вторым дружком, все несколько сложнее, - его руки сжимаются в кулаки, лицо белеет, а глаза… еще ни у кого и никогда не видела такого хищного безумия.
- А что с ним? – спрашиваю практически беззвучно.
Сейчас угроза исходит именно от Адриана Аркадьевича, физически ощущаю удушающую ауру. Внутри у этого человека адское зеленое пламя, и если оно вырвется наружу, он не пощадит никого.
В этот момент осознаю – он в сто раз страшнее Льва. Тот играл более-менее открыто, я знала, что от него ожидать. Адриан Аркадьевич же полон жутких сюрпризов, и связываться с ним – это добровольно прыгать в ров с ядовитыми змеями. Но вряд ли он оставит мне право выбора…
- Станислав Андриевский, - произносит это имя так, что аура его ненависти проходится иголками по моей коже. – У него есть информация. Жизненно необходимая мне информация.
И за нее, Елизавета… - поднимается с кресла, подходит к столу и достает из ящика белый конверт. Протягивает мне.
Открываю конверт, руки дрожат. Когда вижу снимки, из горла вырывается болезненный вопль. Там Катенька… Коля… их фото. С жадностью вглядываюсь в снимки. Как же они выросли. Улыбаются. Чистые. Опрятные. Счастливые. Из глаз ручьем льются слезы. Все бы отдала, чтобы иметь возможность прижать их к себе…
- Где они? – спрашиваю хрипло. – Это ведь совсем недавние снимки… Они так выросли, - провожу пальцами по фотографии.
- Позавчера сделаны, - кивает. – Как видите, дети в полной безопасности.
- Значит, Лев врал? Он говорил, что они у него? Вы забрали детей? Они у вас? – нечеловеческим усилием воли заставляю себя оставаться сидеть на стуле. А так хочется вцепиться в воротник рубашки Адриана Аркадьевича вытрясти из него правду, заставить рассказать все, а еще лучше отвести меня к детям.
