И брата своего ты бы лучше в покое оставил. Мысли его… Предаст он тебя. Нож вонзит в спину».
Богиня замолчала и задумчиво посмотрела на Злата, почти поглощенного деревом.
«Ложь! Брат никогда со мной так не поступит! И о каком наследии ты речь ведешь? – Свят подался вперед. – Кем был мой отец? Что за тварь породила меня?»
Богиня покачала головой и сделала шаг к нему. Свят напрягся, преградил ей путь серпом, но его руку тут же обвили кровоточащие ветви и вырвали оружие из сведенных судорогой пальцев.
«Не противься, оставь.
Это пустое. – Желя подошла к нему и положила ладонь на грудь. – Поцелуй меня, молодец, я заберу все твои горести, проведу в Навь как положено».
Ее прохладные губы почти коснулись его губ, когда Свят со всей силы ударил богиню лбом в переносицу и что было сил рванулся вперед, прочь от цепких ветвей. На бегу он подхватил серп, последний подарок Дария, хоть и знал, что ничем он ему против богинь не поможет.
Богини зашипели, а Свят кинулся к брату, уверенный, что успеет спасти его, успеет вытащить из капкана, в котором они оказались.
«Что ты делаешь?!»
Голос Карны врезался в его мысли, Свят покачнулся и не сумел уклониться от летящей прямо на него огромной ветви. Он схватился за нее, сдавил податливую кору, похожую на человеческую кожу, и вдруг его руки объяло яркое сияние.
Богини зашипели, от ветви поднялся густой пар. Свят отбросил ее и кинулся к брату. Чутье подсказывало, что именно в их единении сокрыта настоящая сила.
Он схватил Злата за руку, сияние перекинулось на него.
Брат открыл глаза, из них вырвался свет, которого никогда не видело это место. Слезы, источающие невообразимое благоухание, полились по лицу близнеца. Он мироточил, как святая икона.
«Что ты делаешь?!» – завизжала Карна.
«Забираю свое наследие».
Рука Злата в его ладони превратилась в рукоять. Свят потянул ее на себя, тело близнеца, объятое сиянием, менялось на глазах, теряло человеческие очертания, превращаясь в то, чем было всегда. Оружием, продолжением его руки.
«Нет зла, – Свят повернулся к Карне, – нет добра. Только выбор».
Сияющий клинок вошел в землю, кровь хлынула из раны. Золотые трещины разошлись во все стороны, лес вспыхнул, Святое Пламя обрушилось на кровоточащие деревья, освобождая заточенные в них души.
«Свету не место в Нави!» – выкрикнула Желя, пытаясь закрыться руками от обжигающего жара, исходящего от меча Свята."
"Свят кинулся к ней. Клинок рассекал нападающие ветви легко, как масло.
