Длинный глянул мельком и сразу ответил:
– Да он же и делает. – Его рука постучала по стопке магазинов. – Петраков Андрюха, я тебе говорил. Улица Васнецова, дом десять, что ли. «Металлоремонт». Он теперь вообще по оружию всерьез работать взялся, там много полезного.
– Спасибо, гляну, – поблагодарил я его, пожав руку. – Счастливо.
– Береги себя.
Вроде потеплело, а небо тучами начало затягивать. Опять снег скоро повалит, похоже. По дороге на выход в булочную заглянул, купил свежих баранок. Их с маслом под чай – и баиньки, только после того как к этому самому кудеснику Петракову заеду.
До Васнецова от рынка всего ничего – пара минут, это через улицу буквально.
«Металлоремонт», занимавший половину этажа двухэтажного, в прошлом купеческого особняка, нашелся сразу, вывеска была большая. Припарковал машину, толкнулся в дверь, оказавшись в решетчатом тамбуре.
– Давай посвечу, – сказал невысокий коренастый мужик в синей спецовке поверх свитера, выходя из-за высокого прилавка.
Посветил, все как полагается, убедился, что я бесами не одержим.
Дверь в тамбуре открылась, пропуская меня внутрь мастерской.
Хозяин был лыс, причем голова не обрита, а просто волос на ней не было. Даже бровей и, кажется, ресниц. Интересно, борода у него растет?
– С чем пожаловали? – спросил он, заходя на свое законное место за прилавком.
В мастерской пахло металлом, маслом и чем-то еще, как возле железной дороги. Я неторопливо, чтобы хозяина не напугать, вытащил из кобуры кольт, выбросил в ладонь магазин, затем положил на прилавок.
– Такие прицельные на ТТ делаете?
– Делаю, отчего не делать? – оглядел он оружие мельком. – Сзади на «ласточкин хвост» посажу, спереди на болтик. Годится?
– А дорого?
– Двести за комплект с установкой.
Это дорого. Реально дорого по нашим ценам, но я даже секунды раздумывать не стал. Полез в сумку, достал оттуда ТТ, положил на деревянную поверхность прилавка, забрав кольт.
– Делайте.
– Хм, – сказал Петраков, взяв пистолет в руки. Пальцы у него были почти черными от намертво въевшегося масла.
– Довоенный выпуск, такие ценятся. Гладко все, чисто, аж блестит. А то тэтэшники военного мне на полировку и воронение приносят. Такие выпускались, что в руки взять нехорошо, – как пьяный фэзэушник напильником делал.
Я немного споткнулся о слово «фэзэушник», но потом сообразил, что так в том слое, откуда Петраков провалился, называли наших пэтэушников. Или кто там теперь вместо них.
– Знаю.
– Дня три мне надо, заказов много, – сказал мастер.
