– Федь, а чего вообще такого в воде, что они боятся?
– В воде? В воде ничего, я думаю, потому что их только реки пугают, текущая вода. На болотах, например, твари как у себя дома.
– Читал где-то, давным-давно, что текущая вода нечистой силе чуть ли не непреодолимая преграда.
– Ну вон, убедись. – Федька показал вверх. – Только не говори мне, что это не нечисть. Самая настоящая. Я даже думаю, что именно про такое сказки и сказывали. Че там Иван затевает?
– Похоже, что он сам толком не знает, что бы затеять, – усмехнулся я.
– И делать тут больше нечего, и возвращаться так, конем, ему в падлу. Вот и чешет репу на предмет – чего бы полезного сделать.
– А чего ее чесать? – удивился Федька. – Спешки нет, все равно здесь ночевать. На часы глянь – сколько там до темноты осталось?
Я глянул. И вправду немного осталось. А ночью по реке, когда даже луны не видно, – ну его на хрен.
– Федь, погоди… – вдруг мелькнула в голове мысль. – А там, дальше, Тьма реку перекрывает?
– Так она не мож… блин, – вдруг осекся он.
– Ты это о чем?
– А как ты думаешь?
– Хочешь сказать, что они куда-то дальше пошли?
Вообще-то я этого сказать не хотел. У меня мысль была чуть-чуть проще – о том, что если Тьма так не любит текущей воды, то не попробовать ли нам просто углубиться туда на катере. Завтра, например. Устроить себе оперативную базу на барже, а самим попытаться пройти дальше? И к завтрашнему вечеру вернуться. Но Федька мою мысль развил чуть дальше.
– Вполне могли.
– А им зачем? – спросил он. – Обоснуй давай.
Они ведь и на барже могли, на кой им пересаживаться?
– А ты в танки тут заглядывал? – ответил я по-еврейски – вопросом на вопрос.
– Нет, а что?
– А там топлива на донышке всего. Я думаю, что, пока они тут жили, все и израсходовали. На генератор, например. Свет и все такое. Печку углем топили, к слову, там еще куча лежит. С берега брали.
– А ушли на чем? – Сняв кепку, Федька почесал в затылке.
– Мало тут всего, что ли? – удивился я. – Вон те два буксира так и вовсе на ходу выглядят.
Взяли еще такой да и пошли.
– Можно было топливо перекачать.
– А зачем? Проще сесть и дальше пойти. А потом вернуться, например.
– И не вернулись? Накрылись типа?
– Может, и накрылись, – согласился я. – Я может, и своего добились.
– Ушли, в смысле?
– Ага.
Федька присвистнул, поразившись каким-то своим мыслям, потом даже головой потряс. Подумав чуток, сказал вслух:
– По-любому они пропавшими без вести числятся. Мертвыми их никто не видел. И живыми.
