Двое папочек для дочки

— Не обращайте на него внимания, мальчик шутит. Страдает топографическим кретинизмом.

— Что ты там сказала?! — Определение его умственных способностей, явно не понравилось Дэму.

— Правда глаза колет? — Ехидно заметила я, забираясь в машину. Дэм тем временем дожевывал конфету и усиленно прятал фантик под сидение. — Не мусори в автомобиле!

— Ой, аккуратистка нашлась. Ты б хоть по сторонам глянула, когда мы сели в авто, или внимание бы обратила, как за город выехали.

— Ты сумел меня отвлечь! — Его синие глаза потемнели, стали почти черными, и он снова поцеловал меня.

Водитель усиленно делал вид, будто не замечает, что происходит на заднем сидении.

Когда мы приехали в город, за окнами маршрутки раскинула свои сети ночь. Я вышла и вздрогнула от мороза, что ущипнул меня за щеки. Дэм вышел следом. Снег уже перестал падать, просто лежал тонкой серебристой шалью, так красиво смотревшийся в свете фонарей. На удивление, нам не было холодно. Я встала под фонарем и полезла в карман, вытаскивая подвеску на цепочке.

Дэм встал рядом, приобнял меня за плечи, и мы вместе залюбовались золотистым цветком, усыпанным камушками. В этой подвеске было все его сердце. Такое большое, доброе, любящее сердце. Ранимое, простое, безыскусное сердце обычного парня, впервые поверившего в сказку. В нашу зимнюю сказку. Я смотрела то на подарок, то на него, и молчала. Молчал и Дэм. О чем он думал? Я, только о том, что никуда не дену этот цветочек.

— Я люблю тебя, Элли. — Шепнул вдруг Дэм и мое сердце вдруг пропустило удар.

Как долго я ждала этого признания. Не выжатого силой, как тогда, на балконе. Не вымученного, потому что так надо. А легкого, светлого, искреннего. Это признание сорвалось с его губ само, и я рванулась к нему. Обхватила руками за шею, прижимаясь так крепко. И потершись щекой об щеку, застенчиво шепнула на ухо в ответ:

— Я тоже люблю тебя, Дэм! — Он подхватил меня на руки и закружил. Вокруг меня замелькали белые деревья, дома… Я рассмеялась, утонув в таком невероятном восторге, который бывает только в двадцать лет.

Когда ты ловишь снежинки губами, а сердце стучит так бешено, услышав долгожданное признание от любимого человека. И тебе кажется — это все, навсегда, и больше никогда не будет темно, холодно и страшно. Ведь вы — вместе и навсегда. А он — всегда будет рядом…

Глава 23

Следующие девять месяцев стали для меня ожившей мечтой, в которую я боялась даже поверить. Мы встречались почти каждый день.