Двое папочек для дочки

Я хлопнула балконной дверью, дрожащими от спешки руками натянула старые кроссовки и накинула на себя темно зеленую толстовку с капюшоном. И ринулась вниз, чуть кубарем не слетев по старой лестнице между этажами."

"Я шла очень быстро, не обращая внимания на накрапывающий дождь. Почти бежала, если быть точной. Квартал, еще квартал, и вот, его… нет, не дом. Офисное здание с серыми, мокрыми от дождя стенами. Его офис. Чертова работа, из за которой скоро разрушатся две жизни. Я подняла голову вверх и увидела знакомый желтый свет окошка.

Кабинет, где сидел Дэм. Я как чувствовала — он не дома. Он работает, с головой погружен в программу, он даже не думает обо мне… но вопреки моим мыслям, ноги мои словно приклеились к асфальту. И я продолжала бесцельно торчать, запрокинув голову и глядя на окно, не в силах сдвинуться с места. Словно в том кошмаре, что начал сбываться вот таким извращенным способом…

Глава 38

Я вздрогнула, когда словно привороженное, окно открылось, и выглянул он. Дэм. Даже с расстояния третьего этажа было видно, насколько он устал и осунулся.

Но увидев меня, в его глазах зажегся огонь. Он закричал: «Элли!» и у меня не достало сил уйти. И только когда его фигура исчезла в окне, мозг начал работать. Он же сейчас спустится, и… что я ему скажу? Что, что… правду! Я никогда не умела врать Дэму. Он всегда видел меня насквозь. О, нет, нет, я же все испорчу! Нам нельзя видеться сейчас, это приведет к катастрофе… и я бросилась бежать изо всех ног, словно перепуганный заяц, по направлению к домам, надеясь там затеряться.

Расчет мой оказался неверным. Дэм сдаваться не собирался. Только не на этот раз! Темная ночь обхватила его за плечи холодными тонкими руками. Ночь, словно умирая, проникла под тонкую футболку, заставив его задрожать. Он догнал меня у края дороги, схватил за плечи и резко повернул на сто восемьдесят градусов. Я даже не пыталась вырываться, стояла в своей нелепой толстовке с капюшоном и моргала. С моих ресниц струились то ли капли дождя, то ли слезы.

— Почему ты бежишь от меня? — Тихо спросил он, и я закрыла лицо руками. Дэм мог столько у меня спросить, но… с его губ слетело только это. По его мощному телу, обтянутому одной тонкой футболкой, били дождевые плети, и он дрожал, господи, как же он дрожал! Вздрагивая то ли от холода, то ли от нервов, примерно раз в три секунды. Я почувствовала себя предательницей. Кому нужны мои клятвы в вечной любви, если я боюсь быть с ним откровенной? Это неправильно и нечестно.