Двое. После

Бассейн? Невесомость, интимный полумрак и мы вдвоем почти без одежды?

— Хочу, — от предвкушения мой голос слегка охрип.

— Тогда пошли.

**********

Спа-зона выглядит даже лучше, чем я себе представляла: приглушенные лучи софитов падают на составленные шезлонги и отражаются в идеальной лазурной глади, блики которой пляшут на стенах. Воздух влажный и по-особенному уютный, и вся атмосфера здесь какая-то… интимная.

Булат, все это время шедший впереди, скрывается за одной из стеклянных дверей и выходит оттуда, держа в руках два белых свертка: халаты и полотенца.

Застыв, я смотрю, как он складывает их на шезлонг и в нерешительности берусь за полы платья. Купальника у меня нет. Снимать нижнее белье или не стоит? Как это обычно происходит?

У Булата дилеммы с раздеванием явно нет: он быстро избавляется от рубашки и теперь расстегивает ремень.

— Ты же не собираешься стесняться? — он вопросительно поднимает брови, очевидно, заметив мою растерянность. Слышится дребезжание пряжки, и вслед за ним его брюки приземляются на пол вместе с черными боксерами.

Мышцы на татуированной спине и ягодицах красиво перекатываются, пока он идет к краю бассейна. Короткий всплеск воды — и уже через секунду Булат выныривает возле противоположного бортика."

"— Хватит стоять, Таисия, — он убирает со лба налипшие пряди иссиня черных волос и обнажает зубы в насмешливой улыбке. — Или ты плавать не умеешь?

Левую половину груди окатывает горячим, дыхание перехватывает. Его редкая улыбка и этот тон — таким же он недавно говорил с Акбашем.

Пробормотав «сейчас», я отворачиваюсь и спешно избавляюсь от остатков одежды, даже не удосужившись ее аккуратно сложить. Сейчас мне не до этого — я слишком тороплюсь и слишком волнуюсь.

Стараясь с достоинством нести свою наготу, я подхожу к краю бассейна и останавливаюсь. Булат беззастенчиво разглядывает меня, редкими гребками удерживая себя на поверхности. Температура крови стремительно растет и желание окунуться в воду за секунду превращается в потребность.

Я зажмуриваюсь и, забыв об изящности и грации, с разбега прыгаю в воду, совсем как делала в детстве. Безбашенная эйфория за секунду обволакивает кожу, забивается в поры искрящимися пузырьками, заражая тело легкостью и свободой.

— Такая теплая! — я ловлю ртом воздух, не в силах перестать улыбаться. — Я обожаю плавать, чтобы ты знал. Дома я могла часами не вылезать из Шексны, и бабушка шутила, что мое тело покроется чешуей.