После их совместной ночи они могли нести и эротическое содержание, но воспоминания по утру были слишком смазанные. Хейли старался не забивать себе ими голову, хватало того осадка, что никуда после них не девался - во сне он чувствовал себя защищенным и любимым. Наяву же приложением к контракту. Пусть желанным, но все-таки приложением. Он был благодарен своей памяти, которая почти полностью стирала картинки альтернативной реальности.
Не удивительно, что после произошедшего там, на камнях, подсознание подкидывало ему новую порцию приятностей в сон.
Никакого секса. Зато от томительных ласк, легких поцелуев и нежных касаний Том испарялся будто капля, согретая солнцем. От собственного сбившегося дыхания омега проснулся, с трудом разлепляя глаза. Но ощущения никуда не делись. Далтон как раз целовал его под подбородком, касаясь утренней щетиной кожи на шее. Было немного щекотно.
- Марк, - Том неловко дотронулся до плеча мужа.
- Проснулся, - довольно проурчал мужчина и потянулся за поцелуем.
Томас скользнул рукой к шее супруга, потом выше и зарылся пальцами в жестковатые волосы.
- Я сильно тебе задолжал, - Марк оторвался от податливых губ и заглянул омеге в глаза.
- Задолжал? - не понял Том, все еще пребывая в сонном состоянии."
"- Да-а-а, - протянул альфа. - Однажды ты подарил мне нежданное удовольствие одним только поцелуем, а сам остался ни с чем. И вчера я обещал тебе вернуть... - Том закрыл ему свободной ладонью рот.
- Тогда хватит болтать, - ладонь игриво прикусили и Том ее убрал.
Сначала Марк сдерживался и действительно молчал.
Том плавился под умелыми руками, которые точно знали, что и как делать. Далтон определенно где-то изучал искусство массажа и демонстрировал свои умения до одобрительных стонов. Как же после вчерашних упражнений на камнях у Тома болели мышцы. Пока омега крепко спал, Марк даже его раздел, точнее - стянул свободные домашние штаны. Том решил этот вопрос не обсуждать.
После массажа настало время тягучих нежностей, которые напоминали затянувшуюся прелюдию.
Но Марк целомудренно обходил самые интимные места и занимался остальным простором для недетского творчества. Томас уже готов был выть от этих нежностей, Далтон словно испытывал его на прочность изощренными методами. Даже на камнях Том казался себе сильнее. Там все было понятно - просто секс, почти в первобытном виде. А сейчас было настоящее издевательство над чувствами. Да и слова, которые Марк нашептывал, все эти нежные глупости с ума сводили.
