Двоедушник

Выше на джинсах – тоже красное… и вокруг. Много. И так же поблескивает, как влажный след, который тянулся с улицы.

Игни мгновенно оказался рядом. Обнял ее и попытался увести, но Ника не держалась на ногах. Хотел отойти – вцепилась и не отпускала. Тогда он снял с себя куртку, накинул ей на плечи и держал, держал крепко, стараясь унять ее дрожь.

– Я что, умерла?

Чужой, незнакомый голос. Ника замерла. Игни не позволил ей посмотреть.

– Я умерла, да?

Голос с хрипотцой. Низкий, дрожащий. В эту минуту – от явного ужаса.

– Почти, – ответил Игни. – Ты застряла.

– Я не хочу! – Визгливые нотки. Режущие слух. – Что со мной произошло? Это что… я?

Вторая душа отпустил Нику, шагнул вперед. Он был безоружен.

– Я могу тебе помочь.

– Я умерла! – взвизгнула девушка-Есми. – Чем ты мне поможешь?

– Помогу уйти.

Медленно ступая, Игни подошел к ней совсем близко. Теперь их разделяло только лежащее на полу тело самой Лизы.

– Пообещай, что не будешь сопротивляться.

– Я боюсь. Не хочу, чтобы было больно. Я больше не выдержу.

Она дернулась в сторону, намереваясь сбежать, но Игни удержал ее за рукав. Рванул на себя, обхватил, прижал. Ника украдкой за ними наблюдала. Теперь двое казались единым целым.

– Я сделаю небольно. Я умею, – процедил Игни сквозь зубы. Как будто ему самому был невыносим такой тесный контакт. – Ты только не сопротивляйся. Иначе ничего не получится.

В наступившей тишине отчетливо слышался каждый шорох. Вторая Лиза учащенно дышала. Но уже не плакала.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Ника шевельнулась – ноги затекли.

– Выйди, – попросил он негромко. – Подожди меня на улице. Не надо тебе на это смотреть.

Ника и сама не хотела.

Кое-как она доковыляла до выхода, то и дело оступаясь на осколках битого кирпича, выбралась наружу, держась рукой за стену, и тут же сползла по ней на верхнюю ступеньку крыльца.

Судорожно сглотнула, борясь с тошнотой.

Игни был последним, кого Лиза обнимала перед уходом. Ее последним парнем.

Так больно, наверное…

Он задержался ненадолго. Выходя, едва не споткнулся о съежившуюся на крыльце Нику.

– Надо позвонить в полицию, – сказала она блеклым голосом.

– Сам все сделаю.

Он продолжал стоять на месте. Пощелкал зажигалкой. Ника ощутила табачный дым.

– Это была ее душа?

Помолчал, сделал несколько затяжек. Выдохнул в сторону.

– Не душа. Есми.

Гадкое слово.

– Душа бесплотна, – пояснил он. – Есми выглядят так, как выглядели люди при жизни.