Двоедушник

И волевым усилием вдумывалась в его слова, а не в то, какая находка их ожидает.

– И чего вас, молодых, на приключения-то тянет? – неспешно вещал охранник. – Вот и мой старший оболтус туда же. Зацепингом увлекся. Знаешь, что за штука? На электричках они катаются. К вагонам цепляются и висят там, как груши на ветках в урожайный год. А поезд едет… я как узнал – ремнем отходил по первое число, не посмотрел, что лоб великовозрастный. Какого черта тебе, говорю, спокойно-то не живется? Мать, отец – люди как люди. Работать не хочешь? Даст Бог, прокормим, пока живы.

"Словно в подтверждение в кармане под ладонью Ники вздрогнул телефон. Достав его, прочитала: «Где ты?» Следом тут же пришло еще одно сообщение: «Антон, конечно, хороший мальчик, но вы еще слишком мало знакомы, чтобы у него ночевать».

Ох, мама-мама…

После того как обошли первый этаж, поднялись на второй.

– Мама волнуется, – наконец призналась она честно.

– А тебе ее и не жаль вовсе. Потому что кажется, что ты будешь жить вечно. И ничего с тобой не случится. С кем угодно, только не с тобой. Подумаешь – мамка. Что с ней станет. Поплачет и переживет. Приятель-то важнее. Правильно говорю?

– Я очень люблю свою маму, – запротестовала Ника.

– А раз любишь, так и бросай это дело. По развалинам шастать. И другу своему скажи. А то оба доищетесь приключений. Только поздно будет.

Лишь бы уже не стало.

– Вот он! Туда гляди! Твой? – Луч фонарика заплясал в углу между стеной и окном. – Парень, эй! Ты как, жив?

Игни не шевелился. Лежал лицом к стене. Одежда и волосы – белесые от пыли. Пол под ним – черный. Или нет, это в темноте так кажется. А когда свет туда попадает – отливает красным…

– Дочка, «скорую» вызывай! – хриплым от волнения голосом произнес сторож. – Без сознания он. Трогать нельзя – мало ли что случилось. – И огляделся по сторонам в поисках возможной причины. Но ее не было.

А Ника чувствовала, как ее стремительно наполняет возникшая внутри ледяная пустота.

– П-подождите, не надо «скорую», – ответила она. – Я сейчас…

Встав на колени, робко протянула к Игни руку и позвала:

– Антон… – Выговорить другое имя оказалось не под силу. – Слышишь? – Не отвечает. Глаза закрыты. Кровь на виске. Ника стерла ее ладонью. Обернулась к мужчине: – Помогите его поднять.

– Да нельзя, говорю же…

– Я знаю, что делать. Пожалуйста… Меня такси ждет.