Двойная взлётная

— А напомните мне, почему я должна вам это все принести?

— Потому что вы в первую очередь законопослушная гражданка своей страны, во вторую — хорошая дочь и сестра, а в третью — очень дорожите работой.

— Ни в коем случае, это всего лишь аргументы в пользу правильного решения.

Господи, как же мерзко. Я не могу послать этого человека куда подальше, не факт, что наш разговор не записывается. Я не могу и не хочу доносить на своих мужчин, предавая их, потому что они уже мои и далеко не чужие.

— К тому же бриллианты с вашими отпечатками у нас, и очень интересно, как они у вас оказались.

— Хорошо, я подумаю.

— Кристина Сергеевна, времени на подумать практически не осталось.

Надо все рассказать Артёму и Игорю, пусть разбираются с этой крысой, топят его в дерьме, макают в парашу, срывают еще одну звезду, срать на него.

— Но я на самом деле ничего не вижу и не слышу, между нами нет доверительных отношений, только секс.

— Вы же девушка, очень красивая и сексуальная, придумайте что-нибудь. Пара фотографий важных бумаг, имена тех с кем они встречаются.

— Ну вот и прекрасно, а вашего младшего брата пока отпустят и не будут возбуждать уголовное дело.

— Какое дело? — напряглась, вслушиваясь в каждое слово Рогозина.

— Вы еще не в курсе? Наверное, родственники берегут ваши нервы, вы ведь одна у них осталась кормилица и добытчица.

— Какое, я спрашиваю, дело?

— Сущие пустяки, но проблем они могут принести лет на пять колонии.

Рогозин отключился, я с силой сжала телефон, такси все не ехало.

А вот если они так уедут, а уже не вернутся?

Ведь случиться может что угодно. В бизнесе, где деньги считают спортивными сумками, слишком легко ловят пулю.

От ужаса и страха внутри все скрутило тугим узлом, дышать стало трудно, сняла очки, отошла в сторону, оперлась на чью-то машину. Наблюдая за тем, как к высотке медленно подъехал черный внедорожник и из него вышли трое мужчин.

На всех троих были надеты черные джинсы, темные футболки и солнцезащитные очки. Тот, что шел вторым, снял их, посмотрел наверх, задрав голову, потом по сторонам, а я узнала его.

— Черт! Твою же мать!

Хочется пнуть любимыми туфлями дверь или стену, смотрю в окно, там такой привычный мне мир: взлетная полоса, ангар с бизнес-джетами. Этих дорогих птичек нельзя оставлять просто так под открытым небом, я уже скучаю по ним.