Двойня в подарок-2. Семья
2 прочтения
И пуховики в мае не ношу…
— Ты думаешь, меня ввели в заблуждение? Специально?
— Уверен. — Муж целует меня в макушку. — Твои родственнички соврут — недорого возьмут. Я не знаю, какие у них цели. Но в одном уверен точно, они нас с тобой ненавидят. Меня, может, по остаточному признаку. А вот почему к тебе, к родной дочери, столько ненависти, я хочу разобраться.
— Так ты не целовался с Аркелиди?
— Мы с Аней лет десять знакомы, — морщится Тимофей. — Если бы я к ней что-то испытывал, давно бы женился или переспал хотя бы…
— А ты считаешь, что мужчину это волнует? Картинка с выставки? Нет, милая.
— Очень цинично, не находишь? — вздыхаю я.
— Нет, — улыбается Тимофей. — Когда я увидел тебя в магазине, то сначала обратил внимание на попу и сиськи, и только потом заметил эти озорные глазища.
— Наверное, потому что я стояла к тебе боком и читала ценник, — напоминаю я негромко.
— На фиг подробности! — Губы мужа нежно касаются моих век, потом прокладывают дорожку к виску, к подбородку…
— Давай договоримся, Лера, — снова смотрит на меня серьезно Тимофей. — Хватит верить глупым россказням. Если будут вопросы, спроси у меня. Договорились?
— Да, — киваю я, расплываясь от нежности, к которой примешивается эйфория.
Но не могу! Пока не докопаюсь до истины.
— Тогда объясни мне, почему моя мама, не зная Аркелиди, описала ее в точности.
Тимофей задумывается всего лишь на минуточку. Смотрит на меня невидящим взглядом. А потом с рыком подрывается с места.
— Вот же сучий потрох, — изрыгает он ругательства. Подхватывает с тумбочки сотовый и, ткнув в контакт кого-то близкого, отрывисто роняет в трубку:
— Дан… твою мать… ты не хочешь мне ничего объяснить?
— А что такого, Тима? — недовольно бубнит в трубку Столетов.
— То есть ты считаешь нормальным приводить своих баб в дом, где живет моя семья? — замечаю я вкрадчиво.
А сам кошусь на жену. Обняв коленки, накрытые простыней, Лера сидит на постели. И такая в ней чувствуется безысходность, будто от ответа Богдана зависит будущее.
