Двойня в подарок-2. Семья
2 прочтения
Отмахивается лапкой как девчонка.
«Нужно ее кое-каким приемам научить. Должна уметь за себя постоять», — проскакивает в голове дельная мысль.
— Как же так, — охает жена. — Вещь дорогая…
— Забей, Лерочка! Посмотри, сколько счастья у животины. Но с тебя должок! — смеясь поднимаю я вверх указательный палец.
— Должо-о-ок! — повторяет Лера с интонацией Милляра. И мы оба смеемся, будто заговорщики. Нет ничего лучше, когда тебя понимают с полуслова. Друзья. А жена особенно.
— А как же футболка? — охает Лера, порываясь встать.
Вот еще придумала! Плевать на майку. Обняв, прижимаю к себе. Прокладываю дорожку из поцелуев. От виска к шее, а дальше к ключице. Тяну вниз тонкую лямочку… И морщусь от досады, когда в кармане штанов вибрирует сотовый.
— Кому я там понадобился в первом часу ночи? — вздыхаю я тяжко.
А когда на экране высвечивается «Аркелиди», порываюсь встать.
— Сиди, — коротко бросает Лера, крепенько ухватившись за мою руку.
«Начальник мой. Генерал», — хмыкаю я довольно.
Не выпускает. Неужели ревнует?
Но с места не двигаюсь.
— Да, Ань, — тяну я устало. Точно знаю, что Лере слышно каждое слово.
— Тима, я уезжаю, — нервно причитает Аркилиди. — Меня отец вызвал. Срочно. Даже дела не успеваю передать. Голосовые надиктовала Андрею Сорокину. Сейчас их и тебе перешлю.
— Почему такая спешка? — интересуюсь я вроде бы спокойно.
Но блин! Кажется, мои худшие подозрения подтверждаются.
— Я не могу остаться! Иначе будет еще хуже. Понимаешь? — всхлипывает Аня. Железобетонный адвокат.
— Ты уезжаешь из-за Богдана?
— Да. Папа категорически против. Он поставил условие…
— Ань, ты его любишь? — делаю я ударение на последнем слове. И конечно, имею в виду Столетова, а не гребаного Педагога.
— Да! — выкрикивает она. — Поэтому и уезжаю, Тима. Ты же умный. Ты все понимаешь… Помнишь, как говорил Плевако…
«Могло быть и хуже, господа!» — тут же вспоминается любимая присказка гениального адвоката.
— Ясный пень, — отрезаю я устало.
Попрощавшись, откидываю трубку в сторону. Что может быть хуже в нынешней ситуации? Только смерть. В следующий раз грохнут Богдана. И все из-за Аньки. Уезжай, Аркелиди, куда подальше. Переживем.
— Что случилось, Тимочка? — интересуется Лера.
— Мутная история, Лерочка, — морщусь я как от боли. — Но хоть ясно, кто напал на Столетова. И Аня уезжает, чтобы заказ не довели до конца. Пугают, твари. Но я на всякий случай к нему охрану приставлю.
