Двойной форсаж Дианы

С Машкой познакомились, когда нам было по шестнадцать, друг на друге изучали эрогенные зоны, учились целоваться. Вообщем, дружили интимненько так, без пошлостей.

— Спасибо, сладкий! — Машка нежно поцеловала меня в губы, а затем мягко спросила: — Даниил, это ведь подарок той девочке, у которой сегодня день рождения. Может, не надо. Заберёшь обратно. Подари имениннице.

— Иванцова, не надо мне перечить. Не порть праздник! — Я зло окатил блондинку ледяным взглядом. — Эта проныра не останется без подарка, зря за неё беспокоишься — я зло улыбнулся.

Затем потянулся к мобильнику. — Девочки, давайте ко мне поближе, сделаем хорошее фото на память.

В следующее мгновение алкоголь, злость и красивые голые женские тела рядом сделали своё дело. Член налился кровью и встал как каменный. Внизу живота запорхали бабочки, и по телу разлилось тепло предстоящего соития.

— Ммм! — Стонала Светлана, девчонке было явно ооочень хорошо. Так приятно бывает только тогда, когда тебя ласкают. Зеленоглазая с трудом разлепила глаза.

Моя светлая голова с коротким ёжиком волос елозила у неё в ногах, мой шёлковый язык облизывал внутреннюю часть бархатного бедра и периодически подбирался к розовому бугорку.

— Что ты делаешь! Ты решил сегодня свести нас с ума? — Поинтересовалась девушка ломающимся от возбуждения голосом.

А я реально решил сегодня доставить девочкам такое наслаждение, о котором они захотят рассказать другим. Чтобы инфа дошла и до Дианки, и до Игорька. Я мстил, как мог всеми доступными способами.

— Красивый лобок, я таких ещё не видел, — выпалил я и погладил лобок стройной блондинки.

Мои пальцы быстро приблизились к её губкам. — Лепестки розы, не иначе. А сладкие, наверное, как и сама хозяйка? — Мои глаза уже блестели в предвкушении.

Девушка что-то бессвязно промычала, типа, ты классный.

Мои руки пролезли под упругие ягодицы, крепко их сжали, а рот приблизился к губкам. И только сейчас я поднял глаза на женское лицо. Абсолютно чужое, неприятно, я закрыл глаза, представил Диану, затем театрально прорычал: — Моя, — и впился ртом в девичьи губки.

Мой рот исследовал каждый сантиметр тайного уголка её женской души, язык сразу же нашёл клитор и начал медленно, но верно выводить на нём вензеля и тайные иероглифы. Был уверен, что молодая женщина уже потеряла рассудок от удовольствия.

Моё лицо тонуло «в ней», Света стонала и, вцепившись в мои удлинённые волосы, вдавливала меня ещё сильнее в себя, не давая выбраться.