Двойной форсаж Дианы

Правда!

— Я? Не мои деньги! — Девушка вырвалась и побежала. Тонкий каблук не выдержал бега и сломался. Маришка споткнулась, но я успел ее поймать.

— Ну что ты, нежная. Аккуратнее нужно.

— Ты еще издеваешься? С тебя новые босоножки!

Я поддерживал невесту за талию, она балансировала, стоя на одной ноге в одной босоножке. Не спрашивая разрешения, поднял красотку на руки. Затем собрал ее босоножки и отдал ей в руки. Подумав секунду, направился к лифту.

Приятная ноша в руках сильно пьянила и возбуждала, воображение разыгралось не на шутку.

Я поддался напору чувств, едва мы добрались до апартаментов. Я содрал с Маришки платье, и небрежно бросил синеглазую бестию на красное шелковое постельное белье. Весь мир с его кознями и чужими невестами отступил на задний план.

Моя девушка в белом ажурном бюстгальтере, трусиках, и в чулочках гостеприимно улыбалась. Облизывая с губ красный блеск, она звала меня к себе. Я мигом скинул с себя одежду, стремительно приблизился к кровати. Марина дрожала.

Голодным взглядом ощупал её грудь. (Всё-таки общение с Дианой воздубило во мне зверский аппетит). Накинулся на Маринку, жадно расцеловывая ее лицо. Светлые волосы пахли цветами, я не удержался и взял прядь зубами, поиграл с нею, натягивая на себя.

— Больно, — простонала девушка.

Я орошал женскую шею, грудь, живот горячими поцелуями. Маринка едва дышала, когда я спустился к низу пульсирующего жаждой любви живота. Затихла в ожидании. Мои пальцы и язык ласкали кожу около полоски трусиков.

В следующее мгновение, не заметил в какое, мои руки проникли под полоску и двинулись на изучение главной тайны мироздания, приносящей наивысшее наслаждение в жизни. Маришка захлебнулась в стонах… и вцепилась мне в волосы. В какой-то момент девчонка рванула длинные пряди моих волос на себя, и я резко отстранился, вынув из сладкого лона влажные пальцы.

Безумно хотелось попробовать какая она на вкус, не сдерживая порыва, облизал один палец, второй дал облизать Марине, остальные вытер о женское упругое бедро.

Я любовался своей невестой, гладил разгорячено женское тело, требующее страстной ночи. И думал о том, что эта девушка дана мне свыше, чтобы я остепенился. В ней сочетались и природная грация, и красота, и гипер сексуальность, и азарт, и порочность, и безбашенность, и ум, и деньги. Всё, что я любил!

— Маринка, ты теперь моя невеста!

Мои руки продолжили по-хозяйски шариться по бедрам и ягодицам Марины.