Двойной удар. Трофей для чемпионов

Парень замер, чуть склонил голову. Надо было уходить, он мог меня увидеть, но я даже не могла сделать шаг назад. А потом он медленно повернулся в мою сторону и посмотрел в глаза.

Это был Гор, наглец-похабник и та еще пиявка, которая портила мне нервы. Он улыбнулся краешками губ, медленно прикрыл глаза и снова открыл.

Я подскочила на ровном месте, развернулась и уперлась во что-то твердое и влажное. Коснулась руками, отшатнулась, чуть не потеряв равновесие, но меня удержали на месте, прижимая сильными руками.

Подняла глаза, это был Ром.

По его лицу стекала с волос вода, на виске была ссадина с лейкопластырем, губы приоткрыты, он ничего не говорил, только смотрел и прижимал к себе.

– Попалась, куколка? Снова попалась? А мы не звали, ты сама пришла, так ведь, Ром?

Сзади подошел Гор, он нежно схватил меня за волосы, оттягивая голову назад, проводя языком по виску. Сердце бешено вырывалось из груди, жар накрыл новой волной, я просто глотала ртом воздух и не могла ничего сказать.

Сделай что-нибудь, не стой покорной овцой!

Но я смотрела в янтарные глаза Рома и часто дышала.

– Эй, эй, эй, потише. Ты куда, Рязанова? Чуть с ног не сбила.

Смотрю как ошалелая на Валентина Ивановича, сама открываю рот, как рыба, выброшенная на берег.

Что это сейчас такое было?

Меня обнимали и прижимали к себе двое парней. И я это допускала. Я просто стояла, ничего не делала, оглушенная таким событием. Лишь понимала, что по моему телу струится жар. Он распространялся везде, в каждую клеточку, в каждую пору, в каждый капилляр.

А я ничего не могла сделать.

– Эй, Рязанова, я тебя везде ищу.

– Вы меня ищете? Это я вас искала.

– Сумку. Ты забыла в кабинете сумку. Там, наверное, что-то важное, а вот я пошел тебя искать.

Действительно, моя злосчастная сумка, из-за которой столько шума, была в руках у мужчины, и он протянул ее мне.

– Спасибо. Я тогда пойду.

– Да, ты иди. Приходи завтра с утра.

– Я с утра не могу, у меня пара.

– Вот же черт. Ладно, с твоими парами мы разберемся. Приходи все равно с утра.

– Я сказал, разберусь, значит, разберусь.

Интересно, Валентин Иванович настолько влиятельный мужчина, что может разобраться с моими занятиями? А вроде только завхоз, как он сам говорил. Ну, ладно, посмотрим.

Прижала сумку к груди, кинула взгляд на охранника, который покачал головой. «Господи, все бабы такие дуры», – так и читалось в его взгляде.

Вышла на улицу, было темно, вдохнула прохладного воздуха, вытянула руку вперед, пальцы пробивал мелкий тремор.