Двойной удар. Трофей для чемпионов

Но сейчас я не хотел, чтоб он ломал этого рыжика.

– Ай, отстань. Если ты мой будущий сводный брат, это не дает тебе права делать мне замечания.

Господи, да, на самом деле я уже начал забывать, что я с этим говнюком теперь не только в одной команде и десять лет терплю его выходки. Теперь придется видеть его чаще в том месте, которое я называю домом, приезжая к матери.

После якобы тайного романа, длившегося пять лет, моя мать и отец Егора решили пожениться. Я рад за маму, она вроде счастлива, да и с Гором мы давно как братья, только вот чаще мне хочется его прибить.

– Эй, эй, эй. Рыжая, кукла. А ну, стой, это мое!

– Если твое, то забирай и проваливай, чтобы я тебя здесь не видела, оба проваливайте, это моя комната. И я вам не позволю вторгаться в мое личное пространство.

Девушка была похожа на разъяренную маленькую дикую рыжую кошечку. Волосы растрепались, на щеках горел румянец. Она нервно облизывала губы, переводила взгляд с Егора на меня, но никому не смотрела открыто в глаза.

– Нет, нет, нет, кукла.

Мы будем жить здесь. Нас сюда заселили, видишь ключики? Комендант сказала, что ты поживешь у подружки. А хотя нет, оставайся с нами, обещаю, будет жарко. К тому же мне надо обработать раны на лице, – Гор не унимался, чесать языком он любит так же, как и махать кулаками.

– Если я останусь с вами, надо будет обрабатывать раны не на лице, а на яйцах.

Девушка сделала резкое движение, но Гор среагировал быстрее, сжал колени вместе. Но Юля не ударила, а только улыбнулась.

А я подавил смешок, хотелось смеяться в голос над этой перепалкой.

Неужели она нас на самом деле не помнит? Ведь у меня-то с памятью все хорошо и у Гора тоже. Он мне уже высказал все, что думает по поводу новой встречи, и хотел разложить девчонку прямо в раздевалке на скамейке, но я не дал.

А вот девушка ведет себя как ни в чем не бывало, словно нас вообще не существовало в ее недавнем прошлом, словно три недели назад ничего между нами троими не было.

Не было ночного клуба, не было гостиницы.

Не было той ночи, которую мы провели вместе. Я бы сказал, безумной ночи. Из нас двоих Терехов слишком грубый, резкий, импульсивный. Так и должно быть, как говорит тренер в спаррингах, мы с ним разные.

Но тем не менее уже десять лет вместе, кто бы там что ни подумал, мы братья по спорту, братья по жизни, совсем скоро станем сводными братьями на самом деле. Я люблю этого говнюка, иногда даже поддаюсь ему в спаррингах, чтобы не задеть самолюбие.