Двойные листочки (СИ)

Он достал из кармана телефон, прислонил его к книгам на одной из полок ближайшего шкафа и включил запись видео. На вопросительные взгляды одноклассников Низовцев пожал плечами.

— На память. Не обращайте внимания, иначе будет не по-настоящему.

Петя снова ударил палочками четыре раза, замахнулся, и они с Ваней одновременно вступили с проигрышем. Бунько сразу изогнулся в танцевальном па, и к нему со смехом присоединились одноклассники. Парни ещё не начали петь, а ребята уже прыгали перед ними. Петя не мог оторвать глаз от барабанов, поскольку приближалось его сложное соло, но всё же успел подумать о том, как ему повезло учиться с такими прекрасными людьми, как Бунько.

Как Ваня, Миля и, разумеется, Вика. И все остальные. Петя подкинул в воздух палочки и заиграл свой сложный ударный рисунок, буквально чувствуя восторг своих одноклассников. Да, ему очень повезло.

На улице вовсю разгоралась весна, было ещё светло, когда Ваня вышел из школы, домой не хотелось, и он привычно сел в автобус, идущий в противоположном от дома направлении.

Ваня чувствовал себя если не счастливым, то гораздо более довольным, чем месяц назад. Репетиция прошла весело, ребята остались в восторге, и они пробыли в классе музыки дольше, чем планировали, играя всё подряд. Потом все дружно вернулись в библиотеку и совместными усилиями довольно быстро и, скорее всего, не слишком качественно расправились с оставшейся домашкой.

Ваня сидел у окна и пересматривал видео, которое снял. Слегка его подмонтировав и вырезав некоторые моменты, в которых одноклассники не смогли выразить свои восторги литературно, он отправил видео Яне.

К его огромному удивлению, через десять минут она ответила:

Прочитав эти слова, Ваня почувствовал, как его внутренности превратились в желе. Он ухмыльнулся. Осталось недолго.

Последнюю неделю перед прослушиванием Петя не выпускал палочки из рук даже на уроках. Это было единственным, что хоть немного успокаивало, поскольку у него перед глазами то и дело возникали жуткие картины, как в самом разгаре их прослушивания он сбивается с ритма.

Или сваливается со стула. Или под ним проваливается пол. Или на него падает люстра, непременно тяжёлая, как в театре, и вырубает Петю в двухлетнюю кому. Пугающие эпизоды разной степени правдоподобности преследовали его постоянно, и наяву, и во сне. Правда во снах, а точнее, в кошмарах, у него в самый ответственный момент выступления отрастали осьминожьи щупальца, к которым прилипали палочки, и играть было невозможно.