Двойные листочки (СИ)

Низовцев стирает с доски, и побыстрее!

Петя заметил, как Ваня переглянулся с Викой, подняв брови, та в ответ покачала головой и, скорее всего, закатила глаза.

Тут учительница резко повернулась к классу.

— Считаю до трёх, сдаём тетради! Раз. По поводу того, что всем поставлю двойки, я не шутила. Два.

Класс передавал тетради вперёд, даже не пытаясь что-то дописать.

Тамара Загировна протянула руку, и те, кто сидел за первыми партами, передали ей тетради.

— Нам с Ваней по пятёрке? — спросила Вика.

Петя сжал пальцами переносицу.

— Вам с Ваней отсутствие двойки. Скажите спасибо.

— Но мы же работали на уроке и всё решили правильно. Почему нам нельзя поставить пять, если ошибок не было?

— Это была ваша проверка знаний.

— Мы прошли проверку знаний в августе, когда документы подавали, — присоединился Ваня.

Тут Петя не вытерпел, поднял руку и, не дожидаясь, пока его спросят, выпалил:

— Тамара Загировна, я вам не ту тетрадь сдал, можно поменять?

Тамара Загировна перевела на него сердитый взгляд и молча вытянула руку с пачкой тетрадей.

Петя встал, взял со своей парты вторую тетрадь и подошёл к ней. Она сунула ему в руку пачку.

— Давай побыстрее, Певцов. Почему такой несобранный сегодня?

Петя положил тетради на парту Низовцева и, делая вид, что ищет свою, прошипел ему:

— Уймитесь, если не хотите, чтобы нам всем поставили ещё по одной двойке. Просто поверьте, вы её не переспорите.

Петя видел, что Вольская за ними наблюдает, поэтому наградил её предостерегающим взглядом и резко качнул головой, после чего ещё немного пошуршал тетрадями для вида и с самой вежливой улыбкой вернул пачку Тамаре Загировне.

Он шёл к своему месту, пытаясь осознать, что только что сделал. Он вмешался. Какого чёрта он полез? Потому что он староста. Да. Он просто спас весь класс от воплей Загировны или от проверочной. Или от лишней колонки двоек. Он молодец и герой. И это единственная причина.

Тамара Загировна стояла у доски, перебирая пачку тетрадей в руках, и холодно смотрела на Петю в ожидании, пока тот сядет.

Потом она заговорила.

— Господа, нам некогда раскачиваться. Для тех, кто забыл, напоминаю, что у вас экзамены через девять месяцев. Это всего лишь тридцать шесть учебных недель, сто сорок четыре урока. Отнимите отсюда уроков десять на ваши сопли-кашли, и еще уроков пять пропадёт из-за праздников. У нас нет времени на повторение! — уже почти кричала она. — Я не допущу, чтобы вы стали первыми, кто завалил мой предмет и испортил мне средний балл.