Двойные листочки (СИ)

Он посмотрел на Вику, которая хихикала над Петей и подкидывала ему самые глупые идеи для названия группы. А ведь они тоже сначала не переваривали друг друга. А сам Ваня считал, что в новой школе среди этих богатых ребят он не найдёт ни друзей, ни поддержки, ни любви. Всё вышло с точностью до наоборот. Взгляд Вани остановился на Яне. Он вспомнил, как Сергей пришёл к ней на урок и раскритиковал за двойные листочки. Тогда Ваня решил, что Сергей — злой и холодный человек, хотя сейчас было очевидно, что он очень любит своего сына, да и вообще оказался не таким уж грозным и неприятным.

Ваня улыбнулся и, пихнув Певцова в плечо, подтолкнул к сцене.

— Но у нас нет названия...

Петя скептически прищурился.

Ваня ухмыльнулся и снова пихнул его к сцене.

— Идём. Тебе понравится.

И парни прошли за кулисы…

Петя выглянул из-за кулис и в очередной раз нервно оглядел зал. Всё пространство от сцены до самого выхода заполнили люди. Гул нескольких сотен голосов уже дважды прерывался призывными хлопками и криками, от которых Петю накрывало волной неудержимого трепета. Он чувствовал, что руки его немного трясутся, и надеялся, что это дрожь адреналина, а не волнения.

— Они там? — Ваня отодвинул Петю и тоже посмотрел в зал.

— Нет, я их не вижу, — пробормотал Петя.

— Уже почти восемь. Может, что-то случилось?

— Кого высматриваете?

Парни обернулись. Вика с Яной стояли перед ними, и обе лукаво улыбались.

— Вас вообще-то! — сказал Петя, выдыхая с облегчением, что девчонки не опоздали. — Вы обещали стоять в первом ряду, но там пока только Бунько с плакатом скачет.

Все четверо рассмеялись, бросив взгляд в зал.

— Мы скоро к нему присоединимся, — сказала Яна. — И Миля, кстати, тоже здесь! Мы её видели, когда шли к служебному входу.

— Причём, Вольф привела с собой, кажется, добрую половину бывшего «Б»-класса, — со смешком добавила Вика.

— Кто бы мог подумать. — Петя ухмыльнулся, а затем с картинным вздохом покачал головой. — Хоть кто-то серьёзно относится к поставленной задаче — поддержать друзей.

А из наших почти никто не смог. Вот так учишься с людьми одиннадцать лет, а они даже на концерт к тебе прилететь не могут.