Пальцы бога принялись расшнуровывать завязки на лифе. Он стал похожим на мальчика, добравшегося до обертки заветной конфетки.
— Я, кажется, глупость совершила. Дэрэм заглянул в лавку… — маневры черноволосого брата не остались незамеченными и серьезно отвлекали о того, что я должна была сказать.
— Только заглянул? И по какому поводу? — Артэм успел оголить одно плечо, сметив ткань вниз.
Девушка на ковре пошевелилась.
— Никогда больше тебе не ступать на земли богов, — Дэрэм щелкнул пальцами куда-то отправляя Ташу.
Артэм проследил за его действиями.
— Так и знал, что девчонка не успокоится. Так что с Альбиной? — вопросительно поднял бровь брюнет."
"— Она там обнималась с Ренуром, — скривил губы беловолосый бог.
— Ауч! Милая. Ты ранила меня прямо в сердце! Примерно… сюда, — ладонь Артэма уже хозяйничала в районе левой груди. — Кажется, Булочка разозлила белого близнеца… Дэрэм, наверное, из глаз молнии метал? М-м… Пахнет горькой ванилью. Так и знал, что ты развратница, Альбина… С Ренуром тоже так же реагировала?
— Метал… И не только из глаз… И нет, плотник конечно интересный парень, но мне и вас с головой хватает… — я откинулась на грудь бога, размышляя о словах Таши.
Быть с двумя? Я нарушила столько нравственных устоев за последние дни, почему же медлю сейчас? Они уже столько раз доказывали, что неравнодушны ко мне. Что меня всё время останавливает?… Укрепим связь и никто не сойдет с ума. Мгла успокоится.
На один краткий миг я представила, что близнецов в моей жизни больше нет. Никто не появляется внезапно и не набрасывается с ревностью, никто не клеймит своей и не пытается вправить психику, испорченную современными представлениями об идеальном теле.
— Прежде, чем ты что-то скажешь, — начал Артэм, — пойми одну вещь. Тебе не нужно любить нас, попробуй для начала полюбить себя. Мы будем тебе в этом помогать. А секс… ну… пусть он будет приятным бонусом?..
Вторая ладонь бога сжала грудь, переместилась на соски. Секс как бонус? Что ж, это я вполне могу принять…
— Хорошо.
Я согласна, — потянулась рукой назад, огладила внушительную твердость сквозь брюки Артэма. Синх издал неожиданный звук. Что-то между шипением и сиплым рычанием. Резко втянул воздух.
Дэрэм открыто и широко улыбнулся.
— Умеешь ты, брат, сказать нужные слова. Предлагаю переместиться в спальню, что скажете?
— А ты, братец, умеешь сделать трагедию из чего угодно, — отозвался Артэм, уткнувшись носом в шею. — Смутил Булочку…
— Все хорошо. Его чувства вполне объяснимы.
