Двойная нагрузка

Именно тогда спорт и спас меня, чтобы не свихнуться и не спиться ушел в зал. Выматывал себя тренировками, потом подсказали, что нельзя так бездумно насиловать свой организм, начал изучать программы.

– Мне очень жаль. Правда, очень жаль.

У Яны щемило сердце, она сжимала руку Стаса, пытаясь как-то дать понять ему, что она сочувствует его утрате. Что, по сравнению с этим, уход ее неверного кобеля-мужа? Да это просто событие ни о чем, ушел и скатертью дорога. А потерять, вот так, любимого человека, ужасно больно.

– В зале, три года назад, мы и познакомились с Греком.

Он там тренировался, только закончив спортивную карьеру, не мог оставить привычку ходить в зал. Он и предложил спустя некоторое время стать партнерами, открыть фитнес-клуб. Ночной клуб и бои – это чисто его детище.

– Какие бои?

– Бои без правил. Можно сказать, полулегальные, но Грек не может жить без адреналина, он течет по его венам.

– Да, я заметила."

"– Тогда, в ложе клуба, я увидел тебя впервые. Мне стоило отвернуться, уйти и не мешать.

Но я не мог оторвать от тебя глаз. Ты сидела на Греке, прикрытая пышной юбкой, такая сексуальная и порочная. – Стас тянет Яну за руку на себя, усаживая на колени, проводит рукой по щеке. – Я видел, как ты кончила, как запрокинула голову и закричала, как потом раскачивалась на волнах своего экстаза. Ты притягивала и манила, ждал реакции Макса, но ее не было, и тогда я не удержался и поцеловал тебя.

Стас целует так же, как в тот раз, томительно-нежно и долго. Тягучая волна удовольствия растекается по всему телу.

Заполняет каждую клеточку и пору.

– Но я хочу, чтобы ты знала, такие отношения и такой секс, как у нас был втроем, это не норма для меня. Но я совершенно очарован и покорен тобой. Впервые за столько лет меня по-настоящему влечет к девушке. Ты возбуждаешь меня, ты невероятная, привлекательная, умная, интересная. Ты достойна быть счастливой и любимой. Я говорю это совершенно искренне.

Стас продолжал целовать ошеломлённую от таких комплиментов и признаний девушку. Скользил губами по шее, прикусывал мочку уха, сжимал сквозь тонкую ткань сорочки возбужденную грудь.

– Я… я даже не знаю, что сказать.

Она взрослая женщина, а в голове полная каша и мешанина от такого обилия шикарных мужиков в ее жизни. Если бы Максим вчера повел себя иначе, она бы не сидела на коленях у Стаса и не отвечала бы на его поцелуи так страстно. Если бы он что-то сделал и сказал, как-то повел себя. Но, видимо, она не достойна была даже получить ответ на свой вопрос.