— Я спрашиваю, сколько ты хочешь денег за молчание? Ты же для этого ко мне подкатила? Или тебя подослали? Сработано, кстати, почти профессионально, молодец. Я провтыкал.
— Где и что сработало, Артем? — спрашиваю непонимающе. — Ты вообще о чем?
Теперь он разглядывает меня чуть ли не с одобрением.
— Прекрасный сценарий, говорю, Аленка. Спасала кота, случайно влезла в дом. Обессилела и опять же случайно уснула. Сыграно отлично, даже я повелся.
До жути обидно от того, что я в самом деле случайно уснула. Но доказывать что-то этому холодному, чужому мужчине нет никакого желания.
Того, «моего» Артема больше нет. Его и не было никогда, одни мечты были и фантазии. Поэтому пожимаю плечами.
— Очень жаль, что повелся.
Он вскидывает голову и согласно кивает.
— Да. Лучше было сразу вызвать полицию.
— Ну так и вызвал бы, — говорю устало, — кто тебе не давал. И сейчас еще не поздно.
А и в самом деле, пусть вызывает. Мне совершенно все равно. Хочется только отмотать обратно, в то утро, когда Янка уговаривала меня поехать с ней «к дяде».
Я бы ни за что с ней не поехала. Ни за какие деньги.
— Думаю, мы с тобой сами договоримся, — продолжает Артем. — Называй цену. Смелее. Только смотри, не продешеви. Что у тебя там? Фотографии? Съемка? Или что-то еще?
До меня, наконец, доходит смысл сказанного, и меня начинает трясти. Как в лихорадке, когда бьет крупная дрожь и руки леденеют.
Подхожу к нему, спотыкаясь на каждом шагу, потому что от застилающих глаза слез ничего не видно. Бью наотмашь по лицу — надеюсь, что не промазала, потому что вместо Артема вижу только большое невыразительное пятно.
— С ума сошла? — он хватает меня за руки, не давая ударить по второй щеке.
— Нет, — облизываю сухие губы, — просто это были не месячные.
От прожигающего взгляда Артема можно запитать приличный такой населенный пункт. Он удерживает меня за запястья, а я упрямо смотрю ему в глаза.
— Почему... — спрашивает он хрипло, — почему ты не сказала?
Облизываю пересохшие губы, буравящие меня темные глаза вспыхивают.
— Не хотела, — говорю полушепотом и все-таки отвожу взгляд, — не хотела, чтобы ты...
— Что? — яростно требует Артем, встряхивая меня за руки, и я со всхлипом выдаю:
— Чтобы ты считал меня малолеткой. Я и про возраст наврала, мне восемнадцать. Потому что влюбилась, — замолкаю, опускаю глаза и добавляю совсем тихо: — Только я не в тебя влюбилась, а в того парня в комбинезоне...
Он со стоном отпускает мои руки и зажимает виски, а я бросаюсь к двери.
