Смотрю по сторонам, насчитываю как минимум несколько свободных столов.
— Вообще-то, нельзя.
Я совсем неприветливая и недобрая, когда не на работе. Быть такой всегда чревато, сядут на шею, свесят ноги и начнут учить жизни. Коленька — наглядный тому пример.
— Я все-таки присяду. Прекрасный вечер, да?
Почему я решила, что он взрослый? Ему немного за тридцать, но до того безликое лицо, что совершенно не за что зацепиться. Такого увидишь и не запомнишь, но у меня хорошая память, даже на серость. На нем коричневый в мелкую клетку пиджак, под ним темная рубашка.
Ужасное сочетание.
— Вы обедали здесь утром, с газетой.
— Вы наблюдательная.
Подбежала официантка, но мужчина попросил только стакан воды.
— Вы прилетели ночью.
Мужчина не задает вопросы, а просто говорит информацию.
— Допустим.
— Вас зовут Кристина, вы стюардесса. Бизнес-джет из Москвы.
То, что мы заселились ночью, видели многие, я была в форме, пилоты тоже, ее трудно спутать с другой.
— Вы хотите меня удивить своими дедуктивными способностями? Не удивили.
— Что вы, я по другой части.
Принесли воду, он сделал несколько глотков. А мне захотелось уйти. Стало мерзко рядом с ним, словно холодные щупальца осьминога опутали шею. Освещение не очень, не могу разглядеть глаза мужчины. Он смотрит открыто, изучая мою реакцию, и ждет вопроса, по какой же именно он части.
Не задам.
Пью чай, рассматривая его сама. Не могу даже предположить, для чего он подсел.
— Я бы хотел задать вам вопросы о ваших пассажирах.
А вот это неожиданно. Мужики, конечно, приметные и могли кого-то заинтересовать, но при чем тут я?
— Вопросы? Это что, какая-то викторина?
— Будем считать, что так.
— Мне не нравится так считать. Не люблю викторины. Кто вы такой?
Напрягаюсь, двигаюсь ближе к нему. Я женщина, мне любопытно, что это за тип и почему его интересуют наши пассажиры.
— Называйте меня Павел Иванович.
— Так кто вы такой, Павел Иванович? Частный детектив? Специальный агент под прикрытием? Любопытный и глупый человек?
— У вас слишком богатая фантазия.
— Вы даже не представляете насколько.
Взгляд у него поганый, словно слизень ползет по мне, оставляя влажный след на коже. Передергиваю плечами, отодвигаюсь, не хочу ни о чем с ним разговаривать.
— Что было в сумках?
— Так сразу? Даже не спросите, как их зовут?
— Я знаю их имена. Вы не ответили на вопрос. Что было в сумках?
— В каких?
— Что они привезли сюда.
— Кто?
— Ваши пассажиры, Громов и Шульгин.
— Спросите у них сами. Не видела никаких сумок.
