На долю секунды — мельчайшую долю — её маска соскользнула. Брови приподнялись, глаза расширились. Хадаан-хатун ожидала другой реакции — испуга, мольбы, ярости, чего угодно, но не спокойного принятия.
— Именно! — кивнула она.
Слишком быстрый кивок, слишком энергичный. Женщина восстанавливала контроль над ситуацией, пыталась вернуть доминирование. Снова вошла в роль торжествующей злодейки.
— Ожидал тут встретить мужчину, правителя. А что получил?
Говорил медленно, с едва заметной грустью в голосе. Разочарование приезжего, который обнаружил, что расхваленный ресторан оказался дешёвой забегаловкой.
Позволил себе лёгкую улыбку — не оскорбительную, просто слегка снисходительную.
Она напряглась. Вся. Каждая мышца, каждый нерв — будто струна, перед тем, как лопнуть. Ноздри раздулись, втягивая воздух. Зрачки сузились до точек. Дыхание участилось.
— И что же? — голос руха задрожал.
Именно это её выдало. Дрожь, едва заметная, но она была. Первая трещина в фасаде, первый признак, что дамочка теряет контроль.
Ей важно казаться правителем? Или она и есть настоящий правитель здесь?
Воздух вокруг словно уплотнился. Незаметно для обычного глаза, но я чувствовал. Магия? Энергия руха? Решил пока не активировать духовное зрение. Неизвестно, на что она способна.
— Какую-то бабу, которая к царству имеет отношение… такое же, как я к балету. — улыбнулся.
Вот это у меня выдержка! Не смог сам себя не похвалить. Очень хотелось сказать другие слова, но я же дипломат как-никак. Да и что у всех за проблема с мужским достоинством? Вечно его хотят отрезать.
Может, коллекционируют? Странные вкусы.
Воздух наэлектризовался. Даже джунгары почувствовали, отступили на полшага, руки крепче сжали оружие. Они ощущали опасность, хотя не понимали её источник.
Удар! Ладонь встретилась с моей щекой с оглушительным хлопком. Голова мотнулась в сторону от силы. Кожа горела, словно от прикосновения раскалённого металла. Не просто пощёчина. В ней была сила, несвойственная женщине, и что-то ещё — энергия, магия, сущность руха, словно меня ударили не рукой.
Губа треснула. Вкус крови наполнил рот — металлический, тёплый, знакомый. Язык нащупал рану — небольшая, но глубокая. Зубы целы, повезло."
"Ещё один удар и ещё. Сдерживался. Этот генерал махал ногой, а я тут очень не вовремя на полу оказался. Можно было бы разорвать путы, его пустить в расход. Дальше достаю своих девочек, и устраиваем им ад…
Удары сыпались один за другим — ногой, рукой, снова ногой.
