Та, что осознала своё положение. Девушка продолжила:
— Для меня огромная честь находиться в вашем особняке… Под вашей защитой. И я буду ждать нашей свадьбы столько, сколько потребуется.
Кивнул и вытащил иголку из Елены. Она покачнулась, и мне пришлось её поддержать. В глазах плескалась целая буря эмоций.
— Дура! — выдохнула она и посмотрела на Требухову.
Удивился её упрямству и уже собрался вернуть инструмент для мыслей обратно, но Зубарова продолжила:
— Я дура… Если бы не вы, то меня бы убили так же, как и моего брата.
По её щеке скатилась одинокая слеза. Первый признак того, что гордость Зубаровых наконец дала трещину.
— А мой отец… Решил на вас напасть. Вы имели право убить и меня, и его. Но спасли. Да, я понимаю, чтобы потом использовать. Но это лучше, чем смерть или быть сожранной монстрами.
Её плечи поникли. Прежней надменной аристократки словно не существовало.
— Вы рисковали, ваши люди, когда выносили меня. А я, тварь неблагодарная, начала кричать у вас дома, крушить и бить слуг.
Простите меня, пожалуйста, Павел Александрович!
— Молодцы, — кивнул, отмечая искренность в их словах. — Рад, что вы поняли.
Вытащил иголки из тел. Мои служанки словно материализовались из воздуха, укрывая девушек. Но Елена вдруг рухнула на колени. В этом жесте не было ни позы, ни игры — только отчаяние загнанного зверя.
— Павел Александрович, я лишилась всего. Хоть и дура, но понимаю это. Моего рода не стало. Всё, что осталось… Заберут! Разорвут! Я уже потеряла всё.
Её голос дрожал, но в нём звучала решимость:
— В лучшем случае ждёт брак с имперским аристократом.
Прошу вас… — она подняла глаза, в которых больше не было ни капли высокомерия. — Избавьте меня от этой участи! Взываю к вашей чести. Я земельная аристократка… Понимаю, что не могу требовать.
— Я тебя услышал, — кивнул и направился дальше.
«Честь? Где она была, когда вы рвали род Магинских?» — мелькнула мысль, но я отогнал её. Быть мелочным — не в моём характере. К тому же получил всё, что хотел. Два рода скоро станут моими, а Елена… Её отчаяние сыграет мне на руку.
Сама вцепится в возможность спастись, когда придёт время.
Остановился у двери Жоры. Даже постучать не успел. Створка открылась бесшумно, словно слуга ждал моего прихода. На нём красовался идеально выглаженный костюм — ни единой складки или помятости. Он что, вообще не спит?
— Господин! — поклон вышел таким точным, будто его отмеряли по линейке.
— У нас расширение, — кивнул на стоящих за спиной сестёр.
