Загорский молча приближается, подает мне руку, в которую я вкладываю свою дрожащую ладонь, и провожает в ресторан. Проявляет элементарную вежливость, не более. Но от этого мое сердце скачет, как у загнанного зайца.
Ощущаю запах табака, что исходит от мужчины, достаточно четкий и резкий. Стас курил? Потому что нервничает? Всему виной китайцы или есть кое-что еще?..
Отвлекаюсь от размышлений, когда Стас помогает мне снять пальто.
Хриплый кашель заставляет меня развернуться и встретиться взглядами с боссом.
Я знаю, что выгляжу прилично, но при этом эффектно. Облегающее черное платье-футляр из плотной дорогой ткани спускается чуть ниже колен. Плечи прикрыты благородным кружевом, при этом на груди никакого откровенного декольте, а шею сдавливает высокий, правда, не очень удобный ворот. Ничего, потерплю. Как и туфли на шпильках, от которых ноют ноги. А еще тяжесть локонов, уложенных и убранных наверх, чтобы прическа соответствовала наряду.
Главное, что все идеально, под стать шикарному месту и высокопоставленным людям. Кажется…
Но моя уверенность пошатывается, когда Стас медленно скользит по мне тяжелым взглядом. Его нельзя назвать пошлым или непристойным, отнюдь. Скорее, изучающим. Никак не могу прочитать эмоции Загорского: они всегда были для меня загадкой.
— Ммм, что-то не так? — тихо интересуюсь и смущенно обхватываю себя руками.
Стас всматривается в мое вспыхнувшее румянцем лицо, качает головой и вдруг улыбается, непривычно мягко.
— Нет. Все прекрасно, Алиса, — ободряюще произносит он, опуская при этом отчество.
Как будто невзначай Стас касается ладонью моей поясницы. Проводит рукой до талии и чуть сжимает бок. Забываю, как дышать: да он издевается надо мной! Если так пойдет и дальше, то я не только китайский язык забуду, но и свой родной!
Единственное, что меня всегда смущало в моем сдержанном черном платье, так это вырез на спине, обрамленный кружевом.
Наряд был куплен давно, еще в прошлой жизни. Вместе с Глебом.
Бывшему мужу нравилось выставлять меня напоказ. Он тешился мыслью, что все пускают по мне слюни, но принадлежу я только ему. Одежду Глеб навязывал мне весьма откровенную, однако я отстаивала свою позицию и привычный стиль, преимущественно деловой.
