Женщина поначалу обижается, что я сомневаюсь в ее компетенции, но, узнав о ситуации с предыдущим воспитателем, принимает мою сторону. Это успокаивает: кнопочки остаются в надежных руках.
Впереди меня ждет самое сложное — достучаться до Стаса, ведь без него я не справлюсь.
Безнадежно опаздывая, бегу по холлу компании, лихорадочно жму на кнопку, вызывая лифт. На нужном мне этаже неожиданно сталкиваюсь с Ириной Леонидовной. Приветствую холодно, а она смотрит на меня с ехидной ухмылкой и, задрав подбородок, молча проходит мимо.
Меня не заботит ее мерзкое поведение. Я мчусь к Стасу. Врываюсь в его кабинет, забыв о правилах приличия. Без стука или предупреждения. И натыкаюсь на обжигающе-морозный взгляд.
Загорский недоволен моим опозданием?
Ничего, он обязательно смягчится, когда узнает причину. Собираюсь скорее озвучить ее, но Стас вдруг разворачивает ко мне ноутбук.
На экране — наша с двойняшками студийная фотография.
Замираю и не могу сделать вдох. Загорский нашел папку в моем компьютере? Или… я случайно отправила ее китайцам?
Боже, босс убьет меня за такой прокол! Я невольно поставила под угрозу важнейший проект.
Выкручиваться нет смысла. И отступать некуда.
— Помоги нам, Стас, — шепчу умоляюще. — Прости, что вынуждена была лгать тебе. Да, это действительно мои дети, — намеренно не говорю «наши», потому что Загорский не в том состоянии сейчас, чтобы воспринимать правду. — Кое-что случилось, и я не знаю, что мне делать. Поэтому пришла к тебе, Стас.
Быстро рассказываю о вчерашнем происшествии.
Путано, сбивчиво, глотая слова вместе с нескончаемыми слезами…
Закончив «исповедь», я будто ударяюсь о бронированную стену. Словно раненая птица, стучусь в стекло, но только делаю себе же больнее.
Меня охватывает острым желанием немедленно покинуть кабинет Загорского. Невидимые цепи сплетают мое тело и настойчиво тянут к выходу. Но я сопротивляюсь."
"Гордость — слишком большая роскошь для меня сейчас.
— Что тебе нужно от меня? — бесстрастно интересуется Загорский и поднимается с места.
— Деньги?
Подходит ближе. Медленно и угрожающе.
— Помощь и… — опускаю глаза. — Денег у меня тоже нет, — кусаю губы, пытаясь подавить всхлипы. — Но нет, не безвозмездно. Всего лишь аванс. Мне хватит на первый взнос за квартиру, — шумно выдыхаю. — Я все отработаю! — выпаливаю и осекаюсь, осознавая, что после моего вранья Загорский обязательно уволит меня.
Еще я понимаю, что ему плевать. Плевать и на меня, и на детей, чужих, как он думает. Стас ничем не лучше Глеба.
