Стас издевается сейчас? Так, по его мнению, выглядит свобода выбора? Или он намеренно не оставляет мне ни единого шанса отказаться?
Вместо ответа кусаю губы и шумно выдыхаю. Стас не торопится, ждет моего решения. Как будто сам не чувствует, каким оно будет.
— Не смей, — сипло шепчу, — останавливаться, — уточняю на всякий случай.
Стас смотрит на меня лукаво и чуть заметно усмехается. Я была права: улыбка идет этому суровому мужчине.
Наконец, я делаю то, чего желала с нашей первой встречи. Отталкиваю Стаса, но лишь для того, чтобы скинуть с него пиджак.
Нетерпеливо расстегнув пуговицы, снимаю рубашку. И провожу руками по рельефным мышцам. Царапаю коготками грубую кожу и еле сдерживаюсь, чтобы не замурлыкать.
С каждым моим невинным движением дыхание Стаса становится все чаще и сбивчивей. Наконец, он срывается.
Обнимает меня и подхватывает под бедра, чтобы сделать своей. А я… не собираюсь сопротивляться.
Отвечаю на жадные ласки и растворяюсь в руках Стаса. Чужого мужчины, который хотя бы на одну ночь станет моим.
Глава 14
На следующее утро. Алиса
Томно потягиваюсь, чувствуя окутывающий меня жар мужского тела. Улыбаюсь сквозь дрему: значит, это был не сон.
Нетерпеливые ласки прямо в коридоре, на тумбе. Горячее продолжение в душе. Мне кажется, что все происходило не с нами.
Он — холодный истукан, циничный и расчетливый. Который вдруг просчитался. Я — правильная девушка, с высокоморальными принципами. Которые неожиданно низко пали. В эту ночь нас обоих будто подменили.
Вспоминаю объятия, обжигающие поцелуи и… такие взрывоопасные минуты близости.
Или часы? От них до сих пор немеет тело, сжимаются пальчики на ногах, а грудь сладко покалывает.
Правда, ощущения несколько омрачают тянущие боли внизу живота. Проклятая подготовка к бесполезному эко дает о себе знать.
«Мы стерильны, А-Лиса, во всех смыслах», — вспоминаются слова Стаса, сказанные в самый «ключевой» момент нашей близости. Когда он оставил во мне свою метку. Заклеймил. Мы были вместе без преград и защиты.
Потому что нам это ничем не грозит.
Больно до горечи во рту и одновременно чувственно до сладостной истомы.
Стас ворочается во сне, по-хозяйски укладывает руку на мою талию и прижимает к себе, одними губами проговаривая мое имя. Мгновенно отвлекает меня от мрачных мыслей. Когда я с ним, вокруг словно купол образуется. Остаемся только мы вдвоем. В вакууме. Отсеченные от всего мира, жестокого и несправедливого.
В голове до сих пор слышится страстное рычание Стаса.
