Мобильный вибрирует в руках. По последним цифрам узнаю номер Стаса.
Зачем? Продолжает мучить меня! Впрочем, в ближайшие девять месяцев ему пригодится «отдушина». Беременную жену-то беречь придется. Пыл горячий поумерить. Не будет же он мать своих детей нетерпеливо и властно брать на любых поверхностях. С этой целью и «заводят» любовниц. Для забавы. Как питомца.
Алиса, ну разве можно было вляпаться по уши?! Оступилась единожды — и сразу в грязь с головой!
Вслед за одним звонком раздается второй. Потом еще.
Требовательный, настойчивый, как и сам Стас.
Не собираюсь скрываться, будто преступница! Поэтому, совладав с эмоциями, вызываю несохраненный номер сама. Чтобы расставить все точки над и.
— А-Лиса, все в порядке? — бархатный голос обманчиво нежен. — Ты уже в клинике? Дождись меня и…
— Нам не о чем говорить, Стас, — произношу ледяным тоном. — Я не намерена продолжать наши отношения, если ты об этом.
— Лиса, послушай… — расстроенно выдыхает чужой мужчина.
Ничего, у него есть время найти себе другую игрушку.
Новее и отзывчивее. Глеб же смог.
— Стас, мне нужны нормальная семья и дети, — честно признаюсь. — То, что можешь предложить ты, не для меня.
Тяжелая пауза повисает на линии. Кажется, я даже чувствую, как искрит напряжение.
— Ты права. Того, что ты хочешь, я тебе дать не в состоянии, — холодно соглашается Стас, как-то по-особенному выделяя последнюю фразу. Будто мы с ним говорим о разном."
"Стоит отдать должное, он честен со мной, и на том спасибо. Я бы окончательно разочаровалась, услышав оправдания, которыми сыплют обычно женатые: «мы с супругой не живем вместе», «любовь прошла», «она меня не понимает, а вот ты другая».
Мерзко. Не потерпела бы.
Со Стасом мы хотя бы разойдемся нормально.
— Наша остановка, — проговариваю надменно. — Случайным попутчикам пора расстаться.
— Я тебя услышал, — звучит равнодушно. — Что ж, удачи тебе сегодня на эко… Вам… — добавляет он хрипло, но я уже не слушаю. Не анализирую. Отключаю чувства.
Спешу оборвать звонок, а заодно распрощаться с порочным эпизодом моей жизни.
Не забуду, но и не повторю своей ошибки.
Смахнув с щек горячие слезы, стучусь в кабинет Андреева и, не дожидаясь приглашения, врываюсь внутрь.
Роман Александрович выглядит помятым, взъерошенным. Медсестры нет на месте. Доктор сейчас один в кабинете.
Скорее всего, только недавно он принимал здесь Милану.
Вздыхаю чересчур громко, заставляя Андреева испуганно дернуться и повернуться ко мне.
