Интересно, как она там с детьми ночь пережила? Заходить кажется слишком навязчивым. Вызову ее со служебного лучше.
Параллельно разбираю аудио сообщения от коллег.
Люди взбесились! За ночь три драки с поножовщиной, украли елку с проспекта и какие-то девки спалили ангар с мукой. Сатану вызывали…
— Ну наконец — то! — Отвечаю на звонок друга. — Я думал, что ты там без меня всех преступников переловил!
— Не смешно… — ворчит Дамир. — Всю ночь в засаде просидели. Приезжай-расскажу.
— Добро…
Уже выезжая из двора на разворотное кольцо, вижу в лобовое бегущую по тротуару Алину.
У меня все внутри дергается: а как же дети? С кем остались?
Перестраиваюсь через три ряда, чтобы подхватить соседку и едва не впарываюсь в грузовик. Все вокруг сигналят. Бью по тормозам. Сзади «целуются» тачки. Куда вам всем надо первого то а?
Черт!
Хлопают двери машин. Сейчас начнётся срач. Достаю документы и опускаю окно, провожая взглядом заходящую в аптеку Алину.
— Спокойно, господа! — Отвечаю на поток отборного мата в свою сторону.
— Все в порядке. Ведётся преследование преступника. Разойдитесь и соблюдайте в следующий раз дистанцию…
Глава 8
Алина
— Ну что же ты не ешь, мой хороший? — Пытаюсь я накормить одного из малышей. — Димочка, ну пожалуйста…
Уношу ребенка на кухню, чтобы не разбудил брата.
Голова кругом. С девяти утра гуляет. Не плачет, но и не желает слазить с рук: соснет соску пару раз и задремлет.
Ношу его, пытаюсь позавтракать и прочитать в интернете, как вообще жить дальше?
Если все оформлять по закону, то малышей на усыновление мне никогда не отдадут.
Даже под опеку не отдадут. Молодая, незамужняя, квартира фактически однокомнатная, хотя по документам это «евродвушка».
Зависаю, читая статью про недавнее громкое дело у нас в городе. Роддома приторговывали детьми для богатых. Какой ужас, Господи! И не факт, что история эта закончилась!
В комнате начинает плакать Саша. А Дима только уснул.
Осторожно стелю одеяльце на диван, кладу Диму и бегу в спальню.
Кормлю второго малыша.
Дима как чувствует, что его положили, тут же просыпается!
В квартире дружный ор.
Моя спина начинает возмущаться от такой неожиданной нагрузки и беготни.
Кое-как успокаиваю скандалистов, дав каждому по бутылочке.
Пытаясь представить себе дальнейшую жизнь с детьми, я буквально разговариваю с собой вслух. А с кем ещё посоветоваться?
— Так, Алина, давай серьезно.
