— И давай закроем тему. Пошли, в морг Саныч вызывал, говорит мужики ночью жмура привезли. Нам интересно будет.
— Погоди, — догоняет меня на лестнице Демид. — Ну так ты девушке намерения обозначь. Что не свободна она. А то ты сам морозишься. Не будет же Алина до старости одна.
— Вон! Пусть детьми занимается! — Отвечаю на эмоциях. — Раз времени много! И будет не одна.
Докопался!
В груди у меня и так горит со вчерашнего вечера, и мне это категорически не нравится! Любые романтические движения только портят отношения между мужчиной и женщиной в сухом остатке.
Можно в это вполне упасть, если нечего терять, но у нас с Алиной дети! Нам есть что терять!
Но от мысли, что у соседки случится мужик, у меня подгадает задница. Впрочем, уже не первый раз. Да я так сойду с ума от ревности, черт возьми! Хреново, когда морально присвоил женщину, а она об этом ничего не знает.
Вот тебе и мышь серая под боком!
Может и правда стоит попробовать… просто, чтобы сильно не позориться со всеми своими «хороводами», сказать, что ради детей.
А там — пойдёт, значит пойдёт.
Спускаемся в «холодильник» Саныча.
Из-за большого подвального помещения всех жмуров района везут к нам в отдел. Это страшно бесит и добавляет работы, зато далеко ездить не надо, как остальным.
— Привет подземным жителям! — Здороваемся с патологоанатомом.
Демид кидает ему на стол пачку сигарет.
Саныч отрывается от компьютера и поднимает на нас глаза.
— О, явились. Я вам загадку приготовил на новые погоны.
Пошли…
Заинтригованные идём следом за ним в холодильник.
— Сегодняшняя ночная смена бухарика привезла. Драка с поножовщиной возле ларька — ничего необычного. Но! Вот… — торжественно выкатывает персонажа под простыней.
— На запястье у него такой же ожог, как и того несовершеннолетнего пацана, что в больничке кони двинул. М? Красота! Что думаете?
Мы с Айдаровым зависаем взглядами на неровном рваном круге, сделанном будто раскаленной монетой. Это типо инь и янь? Переглядываемся…
— У девок тех тоже были ожоги на руках! — Вдруг вспоминает Демид.
— Я сразу не понял, потому что руки у них в браслетах были. Вот у одной точно было! Самая борзая которая! Рыжая! Ей мужики запястье вывернули, когда в отделение паковали.
Я тоже начинаю вспоминать.
— Что за тип? Личность установили?
— Пока нет, — отвечает Саныч, — но скорее всего, местный. По карманам чеки из соседних магазинов. Сами гляньте…
Снимает с лица жмура простыню.
