Волосы Кристиана лежали встрепанно, шейный платок он где-то посеял, верхние пуговицы у воротника рубашки остались расстегнуты.
— Я должен поздравить тебя с очередным чудесным спасением? — холодно процедил Вейл, даже отворачиваясь к окну, не глядя на Кристиана. — Или наорать, что ты вечно находишь себе неприятности? Ни то, ни другое на тебя обычно не действует. Так что я промолчу, хотя уже даже лошади в конюшне ржут над твоими приключениями на корабле. Ты об этом хотел со мной поговорить или у тебя уже нарисовались новые проблемы?
Кристиан нервно поправил воротник рубашки и умоляюще посмотрел на Вейла.
За время злоключений Кристиана на корабле он уже отвык от комфорта. И когда принимал ванную, надевал роскошный придворный наряд, то чувствовал себя будто не в своей тарелке. Особенно сейчас. Рядом с братом. Вейл всегда выглядел так ухоженно, так красиво. Уверенный в себе король. Не знающий ни страха, ни упрека. Не то, что сам Кристиан?
— Нет, брат. Я хотел поговорить с тобой о прошлом. Это… очень важно.
Для нас обоих. Присядем? Разговор будет нелегким, — вымолвил Кристиан удрученно и опустил голову, ожидая ответа Вейла.
Тот вполне мог прогнать Кристиана. Сказать, что ему нет до брата дела. В последнее время Вейл и Кристиан… плохо ладили. И Кристиан не мог не думать о том, что это только его вина.
— Нелегкий разговор? — хмыкнул Вейл, но все-таки сел в кресло, откинувшись на спинку. — И что же за прошлое? Тебя снова вызвали на дуэль, но на этот раз за давнюю провинность? Или ты кому-то задолжал?.
. Кристиан, я уже говорил с тобой! Я волнуюсь за тебя, я переживаю за тебя. Ты мой брат. Я не прощу себе, если однажды не успею вытащить тебя из беды.
Вейл тяжело вздохнул, покачав головой. Ведь знал, как Кристиан умеет нарываться на неприятности. Так что не просто так нападал на него такими словами. Иногда мучили кошмары, что этого балбеса пронзают мечом в поединке, а Вейл потом понимает, что это уже не его брат-близнец, а он сам.
— Нет, — проговорил Кристиан негромко и без спроса присел на краешек стула.
Кристиана всего колотило от нервов, дрожь, казалось, проходила по телу по венам и не отпускала.
— Помнишь, тот день, когда Микаэла родила двойняшек? — голос Кристиана предательски сорвался, он нервно сглотнул.
Вейл только кивнул. Он не любил вспоминать то время.
— И что же?
— Ты… увидел, как магия не признала их твоими детьми. Это правда. Они не твои дети. А мои дети. Но Микаэла тут ни при чем. Она не изменяла тебе. Я… обманул ее ночью.
