Казалось, что муж постоянно пытается стереть любые следы моих касаний. Будто после надуманной измены я стала ему отвратительна. Или… это причиняло ему боль? Заставляло вспоминать, как он верил Микаэле, когда в постели она нежно касалась и шептала, что всегда будет любить только его?
— Только помни, что целительница запретила тебе вставать, — сказал Вейл строго. — Если что, позовешь служанку.
— Откуда такая забота, Вейл? — с горечью улыбнулась я.
Я обессиленно откинулась обратно на подушки. У меня больше не было сил что-то доказывать, пытаться смягчить жестокого мужа.
— Я же не могу отослать тебя из дворца в таком состоянии, — пожал плечами Вейл. — В моих интересах, чтобы ты быстрее поправилась.
Он ушел, и я потянулась к малышам. Взяла на руки сразу обоих. Один из них окончательно проснулся. Пришлось быстренько кормить, пока он не разбудил плачем своего брата. Впрочем, тот следом открыл глазки и захныкал. Приложив и его к груди, я тихо вздохнула:
— Что же вас ждет, если меня отправят на остров Бедствий? Нет, нет… нужно выбираться отсюда.
Увы, сейчас я точно была не в состоянии планировать побег. Вымотанная, с постоянно ноющим низом живота, с кружащейся головой и звездочками перед глазами от любого неосторожного движения даже на кровати. Свалившись под первым кустом, я погубила бы и себя, и детей.
Когда малыши уснули, я и сама посильнее натянула на себя одеяло, прикрывая глаза. Вейл был прав в одном. Мне нужно скорее встать на ноги. Только не для того, чтобы покорно принять свою судьбу!
* * *Уснувшая Микаэла не услышала, как тихо отворилась дверь.
В комнату вошел мужчина в темном плаще. Глубокий капюшон полностью скрывал лицо. Да и вообще, из всего его тела в лунном свете, падающем из окон, были видны только руки, унизанные дорогими перстнями. Мужчина подошел к колыбели, где мирно спали малыши. На миг он замер, сомневаясь, а потом осторожно взял обоих на руки.
В ту же секунду их окутало золотистое сияние. Та самая особая магия родства.
* * *Просыпаться под детский плач я не привыкла.
Но к концу ночи уже приловчилась быстро выхватывать из колыбельки то одного близнеца, то второго, то обоих сразу, чтобы покормить их. Утром же пришла служанка, чтобы искупать их и завернуть в чистые пеленки. На их уголках золотом был вышит королевский герб.
«Слуги ведут себя так спокойно. Похоже, Вейл никому еще не сказал о том, что магия не сработала?» — подумала я."
"Мысли об этом не давали мне покоя всю ночь. Не только наяву, но и во сне, похоже.
