– Но… как?
Хотя чему я удивляюсь? Просто я уже отвыкла от того, что Наиль может решить почти любую проблему, и у него это порой слишком легко выходит.
– Деньги творят чудеса, ангел, – слегка проводит по щеке и улыбается дочерям, – кудряшки, придется нам немного подождать, пока вам доставят ваши троны.
Хмыкаю.
Курьер приезжает даже раньше. Мы с Наилем вместе разбираемся с механизмами, пока девчонки хозяйничают на переднем сидении. Слышен только довольный писк и грохот открывающегося бардачка.
– Мила, не ройся у папы в бардачке.
Наиль фыркает, и мы встречаемся взглядом.
– Да пусть копаются, у меня там ничего нет противозаконного.
Поджимаю губы, тут же вспоминаю, как я нашла там помаду. Настроение грозится испортиться, но я одергиваю себя. Прошлое… это прошлое, Марина. И хватит его постоянно вытаскивать из пепла.
– Для тебя там может и не быть ничего такого. Но они могут найти какую-нибудь мелкую деталь, и тогда может быть не очень приятно.
Наиль сжимает губы, но не спорит.
– Да уж, многому мне ещё предстоит научиться и многое узнать о годовалых детях.
И впервые я не слышу в его словах упрека. Он просто озвучивает это как данность.
– Ты справишься.
И снова мы встречаемся взглядами, и он улыбается. На этот раз точно мне.
– Вроде все, – Наиль нагибается и проверяет крепления, дергая их.
Пересаживает по очереди Милу и Миру в кресла, пристегивает, снова проверяет. А я не могу скрыть ухмылку."
"– Что? – недовольно поджимает губы и делает шаг ко мне. – Я внимателен к деталям.
Пусть я ни черта не понимаю и не знаю, но не стоит забывать, что я не забивал на мелочи.
– Я помню, Наиль.
И я действительно помню…
– А теперь домой к вам. Садись вперед, сзади места нет, да и неудобно в середину пробираться, – Наиль распахивает пассажирскую дверь и кивает на сидение.
Послушно усаживаюсь. Таранов задерживается возле меня, словно обдумывая дальнейшие действия. Моргает и захлопывает дверь, быстро обходит капот и усаживается за руль.
Доезжаем до дома.
– Я быстро. Постараюсь, – скороговоркой тараторю, – если что, звони, если вдруг закапризничают.
Кивает.
– Музыку любят?
Я уже наполовину успеваю вылезти из машины и торможу. Оборачиваюсь, вопросительно выгибаю бровь, не сразу соображая, о чем он меня спрашивает.
– А?
Наиль показывает на панель, где магнитола.
– Музыку слушают?
Прикусываю губу и киваю.
– Слушают, да. Только смотри, чтобы они тут тебе танцами не разнесли машину.
Смеюсь.
– Не страшно.
