Двойня в подарок-2. Семья

— Да ну? — подрываюсь я с места.

— Тима, — раздается от двери испуганный голос жены. Повернувшись, как дурак, глазею на Леру в тоненьком халатике.

А Федор, дернувшись, как от удара, медленно поднимается с места. Губы растягиваются улыбке, а от глаз бегут мелкие лучики морщинок. Рад Анквист. Рад.

— Иди сюда, — подхожу я почти вплотную к жене. Обняв, киваю на Анквиста, остановившегося в полушаге: — Это твой родственник. Дядя Федя, — представляю с долей сарказма.

— Ой! Я вас знаю, — охает Лера и делает шаг из моих объятий.

— Вы приезжали к дедушке…

— Валюха, — радостно тянет Анквист и поправляется на ходу: — То есть Лера.

И подступив почти вплотную, подхватывает мою жену на руки."

"— Поставь на место! — рычу я, не сдерживаясь. В голову бьет от ревности. — Себе найди и таскай. А мою не трожь.

Глава 45

— Обними меня, — умоляет Лера, как только мы заваливаемся в койку. Прижимается ко мне и шепчет с придыханием: — Покрепче, Тима. Пожалуйста!

Вдавливаюсь в мягкое тело жены. Одной рукой прихватываю попу. Головой утыкаюсь куда-то в ключицу жены и хриплым голосом признаюсь:

— Люблю тебя, Лерочка.

Никому не отдам!

— Больно мне, Тима. Очень больно, — признается она порывисто. — Странная история и очень дурно пахнет. Зачем человека брать в семью, громко объявить своей дочерью, лишить любви и поддержки близких. Терпеть и тихо ненавидеть? Зачем?

Сердце сжимается от боли. А душа разрывается от ярости. Выдыхаю, боясь сорваться. Сейчас важнее успокоить любимую.

— Ну мало ли, какая каша у идиотов в головах, малыш? — откатываюсь я, увлекая за собой жену.

Укладываю ее к себе на грудь. Еле касаясь, веду ладонью по волосам. — В жизни всякое бывает, — вздыхаю натужно. — Может, думала, что полюбит? Может, хотела мужу угодить или квартиру получить побольше? Или боялась огласки. Знаешь, одни закрывают глаза на измены мужа, а других — триггерит по-черному.

Вздыхаю тяжко, прокручивая в голове любые, самые фантастические версии. Но ни за что не выдам Лере правду. Донор, блин! Маленькую девочку лишили семьи и поселили рядом, чтобы всегда была под рукой.

Твари.

Стараюсь припрятать злость куда подальше. Дышу ровно, неспешно глажу жену по спине, а у самого глаза подергиваются кровавой пеленой. Попался бы мне сейчас Лерин отец, башку бы снес не задумываясь. Это я перед Богданом красовался. Закон! Только закон!

По закону как раз все правильно. И никакой закон Ольге не пришьет умышленное. Разве что по неосторожности.

Есть закон, а есть и понятия. Но там Федя сам разберется.