Онлайн-библиотека книг
— А ещё знаешь что, Потапов? Это был первый и последний раз, когда я тебя о чём-то прошу. Если бы не эти долбанные органы опеки, я бы никогда… Да я бы…
— Ир, успокойся. Пожалуйста, — как можно миролюбивее попросил я, надеясь хоть так сбавить градус напряжения в нашем разговоре. Даже пошутил, пытаясь разрядить обстановку. — Ты же знаешь, я тот ещё засранец… И бесчувственный чурбан, ага. Так что там за дела с приютом и опекой, м?
Кажется, я снова что-то не то сказал. Ну или не так услышал.
Тихо ругнувшись себе под нос, она нехотя откликнулась:
— Я не просто так про тест спрашивала, Потапов. Я не страдаю провалами в памяти и с математикой у меня всё в порядке. Так что, к сожалению, я точно знаю КТО отец. Чтобы ты там себе не напридумывал и…
— Ир, я же извинился. Я…
— Ко мне приходили из опеки, — сухо откликнулась девушка, явно сумев взять себя в руки.
Я прямо кожей почувствовал эту стену отчуждения, выросшую между нами. И от осознания того, что она закрылась, почему-то кольнуло в груди, где-то под рёбрами. Так, что я невольно потёр то самое место, напротив громко стучавшего сердца.
Чтобы хмуро поинтересоваться в ответ:
— Ну и зачем? Ничего же не случилось, вроде.
— Затем, что кто-то очень обеспокоен тем, где и в каких условиях находятся мои дети.
— Не будет, — криво улыбнувшись, я качнул головой, поднимаясь с дивана и уже прикидывая, что нужно сделать и как. — Не волнуйся, Ириш. Всё будет хорошо.
В ответ послышался лишь тихий вздох и короткие гудки.
Глава 7
Максим Потапов
«Сушёная вобла» в строгом костюме скупо роняла слова, делала какие-то свои выводы и улыбалась так, что остаться равнодушным было просто не возможно. Серьёзно, от одного её постного вида у меня аж кулаки зачесались.
