Двойняшки по ошибке

Чтобы впитать, сожрать, насытиться наконец. Почти месяц прошел, а я не переболел им. Ира пыталась найти альтернативные духи, которые аллергию бы у нее не вызывала. Все зря… И сейчас тоже мимо.

Я чувствую запах жженого сахара с резкими нотками, очень отдаленно корицу напоминающими. Не то. Совсем. А я просто идиот. Все больше склоняюсь к мысли, что выдумал все с голодухи.

— У нас толком медового месяца не было, между прочим. И сейчас ты весь в бизнесе. На меня времени нет, — шепчет Ира. Идеальная. Без изъяна. Моя…

Обходит кресло и, улыбнувшись, устраивается на моих коленях, обвивает руками шею.

Опять эти «но».

— Глупости, у нас вся жизнь впереди, — укладываю ладони на тонкую талию. — Успеем.

— А что если нет… — настороженно произносит. — Мы же в ту ночь не… — затихает, моей реакции ждет. И смотрит вопросительно, словно сама не помнит.

— Нет, — уверенно отвечаю.

Думать о барьерах рядом с ней — преступление. Тем более, в тот самый первый раз.

— Значит, беременность не исключена, — прищуривается задумчиво. Замирает, напрягаясь в моих руках. Сложно эмоции ее считать.

— Ого, а ты уже детей хочешь? — пытаюсь обстановку разрядить. — Или наоборот не готова со свободной жизнью и карьерой расстаться?

— Я… — медлит с ответом, будто риски оценивает.

— Ну, чего ты, я не настаиваю, — смеюсь и в носик ее целую, который она морщит тут же. — Сама разговор завела. Мне и так нормально, куда торопиться, — выдаю честно.

Не то, чтобы я совсем детей не хотел. Но сейчас, когда моя голова забита черте чем, а подсознание сбоит, лучше подождать. Притереться с Ирой, привыкнуть друг к другу.

Забыть корицу.

Тьху ты!

— Нет-нет, Марк, — подумав, лихорадочно рыжей головой вертит. — Я готова как раз к материнству. В конце концов, мне двадцать два уже. Пора.

«У меня день рождения сегодня. Восемнадцатилетие», — внезапно в мозгу выскакивает. Откуда? Что за чушь вообще?

— Хочу быть молодой мамочкой для нашего сына, — отвлекает Ира и льнет ближе.

— Ты уже и с полом определилась? — выдаю с насмешкой. — А почему не дочь?

— Мужчины всегда мечтают о наследнике, — уверенно заявляет.

— И у многих мужчин ты узнавала? — подшучиваю я.

Ира вспыхивает, взгляд отводит и бурчит чуть слышно:

— Ты знаешь ответ на этот вопрос.

Заставляет меня почувствовать вину. И за слова, и за порывистые действия той ночью. За все.

— Да, прости, — говорю серьезно. И целую жену. — Иди спать, я скоро.