Двойняшки по ошибке

Умная и сдержанная, из небогатой, но интеллигентной семьи, скромная, однако знающая себе цену, талантливая. Выпускница института дизайна, а теперь — редактор рекламного отдела в моем холдинге. Бизнес крайне важен для меня, и я рад, что Ира смогла приобщиться к общему делу.

Еще она дико красивая, на чем друг и сыграл: знал, что я рыженьких обожаю и, как все мужики, люблю глазами. В курсе Давид был и строгих нравов моей семьи.

Для родителей брак — это нечто нерушимое, один раз и на всю жизнь. Так что к невестке соответствующие требования.

Я к этому свободнее и проще относился, да и в плане женщин себе никогда ни в чем не отказывал. Ровно до того момента, пока не задумался о собственной семье. И тут перещелкнуло что-то в черепушке. Видимо, на уровне подсознания все же засели родительские догмы.

Ира появилась очень вовремя. Она идеально подошла мне по всем пунктам. Заманила в свои рыжие сети. Особенно тем, что не спешила сближаться физически. Я до последнего не верил, что в свои двадцать два она сохранила невинность, но ее поведение буквально кричало об этом… И стало решающим фактором.

Все-таки будущая мать моих детей должна быть чистой. Я не раз повторял это Давиду, который каждую мимо пролетающую юбку чуть ли не в невесты себе записывал. — Эмoциональные истории любви. ВерoНика Лесневская.

Я же умел разделять мух от котлет. И отличать мимолетные связи от чего-то серьезного.

Как итог — подготовка к свадьбе с Ирой. А до нее — отношения, завязанные исключительно на поцелуях. Все-таки я уважаю свою женщину.

Хоть порой это чертовски сложно.

Идиотские полгода.

Неудивительно, что вчера мы оба сорвались. Или только я, а она не выдержала напора? Сдалась и пожалела об этом? Где Ира сейчас, черт возьми!

Может, все-таки почудилось? Хотя ощущения чересчур реальные. Помню все до единого вздоха. Не сказал бы, что рыжуле совсем не понравилось. Вряд ли она играла. Слишком неподдельные эмоции выдавала.

И главное, мои предположения оправдались. Только моя она.

Взъерошив волосы нервно, иду в ванную.

Достаю темно-серые линзы из специальной жидкости. Провожу привычные манипуляции. Оперевшись руками о раковину, всматриваюсь в свое отражение в запотевшем зеркале.

Зрение я мог бы и очками корректировать, но меня напрягает совсем другое. Цвет глаз. Серо-голубой и зеленый. Гетерохромия с рождения. Эта дрянь в нашей семье наследственная. Раздражает меня. И даже Ира не в восторге, поэтому стараюсь скрывать.

Впрочем, вчера ей было все равно.