Мы живем всего-то на втором этаже. Дети весело болтают, их голоса эхом разносятся по лестничной клетке.
— Мама, а когда мы в кино пойдем? — спрашивает Алина, прыгая с одной ступеньки на другую.
— Скоро, милая, — отвечаю я, стараясь не выдавать своё расстроенное состояние.
Мы продолжаем подниматься. Я полностью погружена в свои мысли, а еще до сих пор не могу отойти от встречи с Артуром. Думала, что после прошлой больше не увидимся и я смогу сделать вид, что ничего не произошло и жить дальше, но…
Внезапно, на повороте лестницы, нам на пути встречается мужчина с маленькой собачкой.
— Ой, простите, — я начинаю извиняться, потому что чуть не наступила на этого малыша.
Поднимаю взгляд, чтобы взглянуть на мужчину, и резко замираю на месте.
— Артур? — удивлённо спрашиваю я, моё сердце пропускает удар.
Его лицо остаётся спокойным, но в глазах мелькает что-то, что я не могу определить. Собака тянет поводок, пытаясь подойти к детям, но Артур удерживает её.
— Ой, мама, посмотри, какая милая собачка! — Алина тянет мою руку в сторону дрожащего от страха комочка, который, кажется, вот-вот и обмочится.
— Можно ее погладить? Пожалуйста! — Олег уже протягивает руки к собачке, но я быстро оттаскиваю его назад.
— Осторожно, ребята, разве я вас не учила, что не стоит приближаться к чужим собакам, — предостерегаю я, но они уже не в силах сдержать своего восхищения.
Артур, следя за нами, улыбается.
— Не волнуйтесь, Хало очень дружелюбный, — говорит он, позволяя детям погладить собачку, а я стою, пытаясь не взорваться.
Дети с удовольствием треплют маленькую собаку, а затем вдруг вспоминают о своем питомце.
— У нас тоже есть собака! — радостно восклицает Алина. — Только наша гораздо больше!
— Да, у нас дома большая собака, — подтверждает Олег, гордо выпрямляясь. — С ней не страшно ночью ходить, она всех защитит! А с этой мне было бы страшно гулять по району.
Я усмехаюсь. Молодцы дети! Непонимания того, они очень умело посмеялись над собственным отцом. Помнится, он моего Сему дворнягой обозвал.
А его Хало вообще нельзя отнести к собачьему семейству.
— Что ты здесь делаешь? — наконец-то нахожу в себе силы вернуться взглядом к мужчине.
— Я живу здесь, Маша, — говорит он, его голос звучит ровно, но я замечаю нотку напряжения. — Я переехал в этот дом пару дней назад.
Эти слова заставляют меня замереть. Он живёт здесь, в том же доме, что и мы? Серьезно? Мы теперь еще и соседи?
— Ты меня преследуешь что ли? В городе больше нет свободных квартир? — срываюсь.
