Девицы в бодром темпе накинули на Горыню рубашку и, склонившись до земли, аккуратно, словно на стеклянного, надели трусы, а затем и брюки.
От такого сервиса мужское естество начало интересоваться окружающим миром, а целитель, заметив это, тут же предложил «урегулировать ци» с помощью имеющихся здесь же девиц. В ответ Горыня медленно вздохнул, беря под контроль организм, и одинокий боец тут же погрузился в спячку, на что Ченг разразился целой лекцией о дисбалансе токов Инь и Янь в организме и общей вредности сего процесса.
«Коновал», – внятно подумал князь и так посмотрел на целителя, от чего тот сразу заткнулся и, тяжело вздохнув, уставился куда-то вдаль. Но хватило его ненадолго. Как только Горыня оделся, Ченг тут же разразился потоком цветистых фраз, рассказывая князю, какой он красавец, и как будет счастлива его жена, понеся дитя от такого славного воина.
Теперь вздохнул Горыня и, пристально посмотрев на лекаря, попросил его проводить к месту отдыха меча.
Накрытый куполообразной конструкцией из бамбука и шёлка и охраняемый сразу пятью воинами дворцовой стражи, Святогоров меч лежал там, где и был оставлен.
Дыру на полу, продранную ногой нарха, уже зашили, да так, что и следа не видать, а всё, что осталось от покойного, собрали в большой медный чан, включая меч, лежавший сверху.
Стоило Горыне взять Святогоров меч в руки, как по телу разошлась тёплая волна, словно тот радовался встрече. Князь с благодарностью коснулся губами лезвия и, вложив его за пояс, подошёл к чану.
Меч нарха не впечатлял.
Обычный прямой меч, который в Европе называли «бастард» за то, что тот был меньше двуручника, но больше одноручного оружия. Лезвие плоское с широким основанием, гарда прямая, без изысков… Понятно, что сделано было оружие из высокотехнологичных материалов, но это было просто оружие, в отличие от Святогорова меча. А вот браслеты и пояс заинтересовали Горыню, так как были явно из мира высоких технологий. Мерцающий зелёный столбик был размером почти во весь индикатор, что недвусмысленно говорило о полных батареях, и, помедлив полминуты, Горыня надел на себя все детали.
«Такая корова нужна самому», – подумал он, когда жара вдруг отступила и стало значительно прохладнее, а когда он попытался взять в руки шлем нарха, то почувствовал, будто рука в толстой перчатке. Между пальцами и металлом шлема была прослойка в пару миллиметров, не мешавшая тактильному контакту.
«Занятно. – Горыня ещё раз внимательно посмотрел на браслеты. – Какой-то скаф или защитная оболочка».
