Сам алтарь испытывали только на пробой до шестого уровня, но сейчас, когда «Дюрандаль» совершенно случайно заполз на место, где был слабенький природный источник благодати, появилась реальная возможность пробиться куда как глубже.
От глубины пробоя зависела мощь призванного существа и тот урон, который демон мог нанести местности призывания. Учёные Европы небезосновательно полагали, что существо седьмого уровня сможет закрепиться в этом мире и существовать достаточно долго, чтобы уничтожить всякую осмысленную деятельность на месте призыва на многие сотни лет.
А существо восьмого уровня может быть и вовсе защищено от существующего оружия.
Но восьмой уровень был пока недостижимой мечтой многих магов, и только у Гийома де Амбуаза был сейчас в руках реальный инструмент, с помощью которого он навеки впишет своё имя в анналы магической науки."
"Руны и магические знаки, начертанные в воздухе, послушно выстраивались в цепочки и повисали в отведённых им местах, для будущего ритуала, а магистр всё усложнял и усложнял ритуал, выстраивая длинную спираль знаков и элементов для лучшего фокуса.
Уже был пройдён первый уровень, откуда на землю лезла всякая мелкая нелюдь, и пришлось отсекать их щитами, так же легко, словно ком подтаявшего масла, был пройдён и второй, и третий, и даже четвёртый, бывший ранее пределом для походно-полевых алтарей, и пятый, куда заглядывали лишь единицы в поисках сущностей высшего порядка для завершения особо сложных ритуалов.
Шестой уже пришлось взламывать по всем канонам искусства, обложившись защитой и протянув дополнительные каналы подпитки, а седьмой продавливать голой силой, пробиваясь через хаос наведённых помех и природных возмущений.
Штабной воздухолёт давно улетел на дозаправку и пополнение боезапаса, высадив офицеров штаба на холме, откуда было прекрасно видно и свернувшийся кольцом бронепоезд, и стоявшие вокруг него войска.
Постепенно темп стрельбы утих до дежурно беспокоящего, и все чуть оттянулись назад в ожидании прилёта бомбардировщиков с большими бомбами.
Волхв Арсений Новоградский, приданный Горыне самим императором, был настолько стар, что, несмотря на легендарное магическое здоровье и долголетие, ходил опираясь на узловатую палку-посох, из дубового корня, и сварливо покрикивая на троих учеников, самому молодому из которых было лет пятьдесят.
