– Ты – моя любимая женщина. Я пытался бежать о тебя. От своих чувств. Но как видишь – это бесполезно. Я не могу без тебя. Как увидел тогда в Питере, так и потерял голову!
– Ты уехал, не сказав ни слова.
– У меня были большие проблемы. – Кирилл отпускает меня. – Это было ужасное время. Бизнес рушился, а потом смерть брата меня окончательно подкосила…
– Но ты женился на Сабине. – недоумеваю я.
– Нет. У нас с ней фиктивные отношения.
Поднимаю на него голову. Неужели правда?
– Да, Маш! Между нами нет никаких отношений.
Сабина была девушкой Кости!
– А как же ребенок? Эля ведь твоя дочь! Зачем ты мне врешь?!
– Я считаю ее своей дочерью. – крепко держит мои запястья Кирилл. – На самом деле она – ребенок моего умершего брата!
В изумлении застываю. Даже дергаться перестаю. Не могла такого даже предположить!
– Я поэтому сказал тебе тогда, за ужином, что видимо мне таки придется воспитывать чужих детей! Твоих двойняшек и Элю!
Ох, Кирилл… Знал бы ты, чьи на самом деле двойняшки… Но у меня до сих пор сомнения.
– А зачем ты живешь с Сабиной?! Зачем говоришь, что у тебя жена и ребенок?
Кирилл озирается. Видит невдалеке пустую скамейку под опавшим кленом. Увлекает меня туда. Садится, широко расставив колени. Опирается на них локтями. Сцепляет пальцы в домик. Задумывается, будто погружается в воспоминания.
– Константин умер у меня на руках… его ранили, как и меня, на улице. Но он дотерпел до больницы. Я бросился к нему. Он был весь в крови. Мой брат-близнец. И не смотря на боль, он умолял меня разыскать его девушку.
Она только забеременела от него. Даже живота еще не было. Он просил меня заботиться о ребенке, как о своем. Он даже не знал, дочь у него родится, или сын… И о его девушке, он тоже просил позаботиться. Я пообещал ему! Как видишь, свое обещание я выполняю. Я люблю Элю как свою родную дочь. Это кровь моего брата! Моего близнеца! Его продолжение. У нас с ним одинаковый набор днк и она похожа на меня! Я записал ее на себя. Я не хочу, чтобы она когда-нибудь узнала, что не я ее отец.
Я хочу дать ей всю любовь и заботу, которую не успел дать Костя. Понимаешь?!
* * *Возвращаюсь домой в смятенных чувствах. Джип Зарецкого стоит на привычном месте, дожидаясь из больницы своего хозяина. У меня каждый раз сердце сжимается, когда я понимаю, что он стоял бы тут вечно, если бы его… о, Господи!
Хотя, почему вечно? Сабина бы продала его, и глазом не моргнула. Вдруг автомобиль подмигивает мне. Ничего не понимаю. Всматриваюсь.
