Двойной удар по невинности

 – Вот так, девочка! Как же хорошо…

Меня пьянили его слова, заставляя вновь и вновь целовать его член, щекотать языком сердцевинку отверстия, чувствовать чуть солоноватый вкус смазки и понимать, что сейчас, как ни крути, именно я руковожу этим банкетом.

Мне настолько сильно хотелось доставить Клаусу наслаждение, что с каждым новым разом я старалась брать все глубже, веря: небольшой дискомфорт должен через какое-то время уйти и уступить место удовольствию. Клаус помогал мне, мягко подталкивая голову рукой, немного оттягивая за волосы и тут же насаживая обратно.

Хриплые стоны вырывались из его груди, а я шалела от них не хуже, чем когда он трудился языком у меня между ног. Я откровенно понимала, что сама теку, а трусики скоро можно будет выжимать…

Я безбашенно отдавалась нашему общему ритму. Язычком и одной рукой ласкала член Клауса, буквально полируя его со всей старательностью, а второй играла с яичками.

В какой-то момент руки Клауса вновь легли мне на плечи, мягко отстранили, а потом и вовсе приподняли выше, вновь усаживая к нему на колени.

Несколько тягучих мгновений мужчина смотрел мне в глаза, а после впился в опухшие от минета губы поцелуем.

– Мы пойдем в душ, прямо сейчас, – заявил он, отрываясь от меня буквально на секунду. Подхватил в объятия и, не спрашивая согласия, просто поволок в сторону ванной комнаты, на ходу избавляясь от вещей.

Он где-то скинул брюки, стащил с меня рубашку, кинул все это прямо на пол, забивая большой и жирный болт на свою гребанную педантичность и аккуратизм.

"

"– Я хочу тебя сзади, – прошептал он, заталкивая меня в душевую кабину и включая теплые струи воды, и я безропотно подчинилась инстинктам, отключив напрочь голову, выкрутив на максимум регуляторы чувств.

Оперлась руками о стену, прогнулась в спине и немного выпятила попку, хотя внутри все сжималось от страха повторения вчерашней боли. Он вошел в меня медленно, позволил прочувствовать, как заполняет каждый сантиметр моего тела. Наполнил целостным движением, глубоко и сразу.

Я вскрикнула и выгнулась еще сильнее, желая быть еще ближе, чувствовать жар его тела и ласки уверенных рук.

И Клаус понял мои желания, притянул к себе и стукнулся в моей глубине еще раз. Одна его рука сжимала мне грудь, а вторая теребила ставший очень чувствительным клитор.

Он кусал меня за шею, рождая миллионы мурашек на коже, входил неистово и до самого конца, позволяя растворяться без остатка в этих первобытных движениях.