Двор Тумана и Ярости

Я перебирала одежду в своем гардеробе.

— Многослойность, — ответила я. — Они… все скрывают. Область декольте может быть несколько вызывающей, в зависимости от торжества, но… все остальное должно быть скрыто под юбками, нижними юбками и прочей чепухой.

— Похоже, что женщины не привыкли бегать или сражаться. Не припомню, что так было пять сотен лет назад.

Я остановила свой выбор на туалете бирюзового цвета с золотым вставками — богатый, яркий, царственный.

— Даже с наличием стены, угроза со стороны фейри так и осталась, поэтому… практичная одежда, несомненно, все так же необходима, чтобы бегать, сражаться со всем, чему удалось проскользнуть через стену… Интересно, что же изменилось.

 — Я достала топ и штаны в поисках ее одобрения.

Мор лишь кивнула — без комментариев, которые бы мне предоставила Ианта, без ее божественного вмешательства.

Я отогнала эту мысль и воспоминание о том, что она пыталась сделать с Рисом, и продолжила:

— В наши дни, большинство женщин выходят замуж, рожают детей и планируют их свадьбы.

Те, кто победнее возможно работают на полях, и редкие единицы становятся наемниками или наемными солдатами, но… чем они богаче, тем более ограничена их свобода и роль в обществе. Хотя можно подумать, что деньги купят возможность делать все, что душе угодно.

— Некоторые Высшие Фэ, — сказала Мор, теребя вышитые нити моего одеяла, — точно такие же.

Я скользнула за ширму, чтобы развязать халат, который я надела незадолго до того, как она вошла, чтобы составить мне компанию, пока я готовилась к нашему сегодняшнему путешествию.

— Во Дворе Кошмаров, — продолжила она, ее голос снова стал тихим и немного холодным, — женщины… высоко ценятся. Нашу девственность охраняют, а затем продают за самую высокую цену — любому мужчине, который будет полезен нашим семьям.

Я продолжала одеваться, только чтобы занять себя чем-то, чтобы отвлечься от того ужаса, который, как я начала подозревать, заскользил по моим костям и крови.

— Я родилась сильнее, чем кто-либо в моей семье. Даже сильнее мужчин.

И я не могла этого скрыть, потому что они могли почувствовать — точно так же как ты можешь учуять Наследника Высшего Лорда до того, как он войдет в силу. Сила оставляет след… отголосок. Когда мне исполнилось двенадцать, и у меня все еще не было кровотечения, я молилась, чтобы это означало, что ни один мужчина не возьмет меня себе в жены, что мне удастся избежать того, что испытали мои старшие кузины: нелюбимые и нередко наполненные жестокостью браки.