Двор Тумана и Ярости

Я почувствовала, что он приоткрыл рот, чтобы прошептать что то, как вдруг…

Нечто тёмное, быстрое и вёрткое едва не задело нас, Рас выругался и спикировал вниз.

Нас атаковали вновь и вновь.

И я поняла, что это были не обычные стрелы, когда Рис, увернувшись, сумел схватить одну из них. Другие стрелы отскочили, не задев нас, от невидимого щита, которым он мгновенно нас окружил.

Рис осмотрел стрелу в своей руке и с шипением отбросил её. Стрелы из ясеня.

И сейчас я тоже была одной из них…

Быстрее ветра, быстрее смерти, Рис метнулся к земле. Летел, а не рассеивался, потому что хотел разглядеть, где прячутся наши враги, не хотел потерять их след. Ветер бил меня по лицу, оглушительно ревел в ушах и будто когтями рвал волосы.

Азриэль и Кассиан уже неслись к нам. Вокруг обоих мерцали полупрозрачные щиты, синий и красный… стрелы отскакивали от них.

Поток стрел, летящий в нас из елового леса, покрывающего гору, внезапно иссяк.

Рис с силой ударился о землю при приземлении, и снег широким веером разлетелся вокруг нас, смертельный гнев исказил его лицо, такого гнева я не видела с того последнего памятного дня при дворе Амаранты. Я почувствовала этот гнев рядом с собой, почувствовала, что им пропитан сам воздух прогалины, на которой мы сейчас стояли.

Азриэль и Кассиан приземлились рядом с нами через мгновение, цветные щиты сжались, возвращаясь в Сифоны. Все трое казались мощью самой природы, находясь здесь, среди древних сосен; Рисанд не взглянул на меня, отдавая приказ Кассиану:

— Отнеси её во дворец и оставайся там, пока я не вернусь. Аз, ты со мной.

Кассиан сделал шаг ко мне, но я увернулась.

— Нет.

— Что? — прорычал Рис, слова почти застревали в его горле.

— Возьми меня с собой, — ответила я. Ни за что не отправлюсь в этот дворец из лунного камня метаться из угла в угол и заламывать руки в тревожном ожидании.

Кассиан и Азриэль мудро не проронили ни слова. И Рисанд, благослови его Мать, лишь сложил крылья и скрестил на груди руки — в ожидании моих аргументов.

— Я имела дело со стрелами из ясеня, — сказала я, задыхаясь, — я смогу понять, где они были сделаны.