Двор Тумана и Ярости

Но, по крайней мере, нам не придется ночевать под открытым небом. Рис пообещал, что поблизости мы найдем постоялый двор для путников.

Я повернулась к Рису, который плелся следом за мной, сначала замечая его массивные крылья. Мор отправилась в Вытесанный город прежде, чем я успела проснуться, и Кассиан был в препаршивом настроении во время завтрака… Настолько паршивом, что я была рада уйти сразу же, как покончила со своей кашей. И слегка посочувствовала иллирийцам, которым придется иметь с ним дело в этот день.

"Рис остановился, только нагнав меня, и даже среди деревьев и стены дождя между нами, я могла видеть, как его брови поднялись в молчаливом вопросе о том, почему я остановилась. Мы не обсуждали случившееся во время Звездопада или во Дворе Кошмаров… и прошлой ночью, когда я крутилась и ворочалась в маленькой кровати, я решила: пусть это будет веселье и отвлечение. Это не должно быть сложно. Оставить все это только на уровне просто физического влечения… Ну, кажется, это не будет таким уж предательством.

Я подняла руку, давая Рису знак, чтобы он стоял там, где стоит. После вчерашнего я не хотела, чтобы он был слишком близко, иначе я могла сжечь и его. Или хуже. Он изобразил драматичный поклон, и я закатила глаза, направляясь к ручью впереди, размышляя, где на самом деле могла бы попытаться поиграть с огнем Берона. Моим огнем.

С каждым своим шагом я чувствовала, как Рис пожирает меня взглядом. Или, быть может, это проскальзывало сквозь нашу связь, задевало мои ментальные щиты — вспышки голода настолько ненасытного, что мне потребовалось приложить усилие, чтобы сосредоточиться на предстоящей задаче, а не на ощущении того, какими были его руки, поглаживающие мои бедра, прижимающие меня к нему.

Я могла бы поклясться, что почувствовала вспышку удивления по другую сторону своих ментальных щитов. Я зашипела и показала неприличный жест через плечо, и одновременно позволила своим щитам совсем немного упасть.

Легкое веселье превратилось в полный восторг, а затем — во вспышку удовольствия, прокатившуюся вниз по моему позвоночнику.

Мое лицо вспыхнуло, а под ботинком громко, словно молния, треснул сучок. Я стиснула зубы. Земля впереди обрывалась серым, хлещущим потоком, настолько быстрым, что его, должно быть, питали возвышающиеся вдали, укрытые снегом горы.

Хорошим — это место было хорошим. Дополнительный запас воды, чтобы потушить любые языки пламени, вышедшие из-под контроля, много открытого пространства.