Двор Тумана и Ярости

Если среднему мужчине требовалась неделя, чтобы привыкнуть… Сколько потребуется Рисанду? Месяц? Два? Год?

Кассиан засмеялся, когда Рис впечатал кулак ему в лицо, разбрызгивая кровь. Кассиан послал в ответ аналогичный удар, и я сжалась при виде того, как голова Риса мотнулась в сторону. Я видела прежде, как Рис сражается, контролирующий и изящный, и я видела его в ярости, но никогда таким… диким.

— Это затянется на некоторое время, — сказала Мор, прислонившись к дверному проему. Она придержала дверь открытой.

И я подумала в тот миг, что это, возможно, самые прекрасные слова, которые я когда-либо слышала.

* * *

Рис и Кассиан целый час избивали друг друга до изнеможения, и когда они наконец притащились в дом, окровавленные и грязные, мне потребовался лишь один взгляд на моего мейта, чтобы возжаждать его запах и ощутить нестерпимое желание почувствовать его.

Кассиан и Мор мгновенно нашли куда испариться, и Рис даже не потрудился полностью снять с меня одежду, прежде чем нагнул меня над кухонным столом и заставил меня выстанывать его имя настолько громко, что иллирийцы, все еще кружащие в вышине, непременно это услышали.

Но когда мы закончили, скованность его плеч и напряженность в его глазах исчезли… И стук в дверь от Кассиана подстегнул Риса вручить мне влажную тряпицу, чтобы я привела себя в порядок. И мгновение спустя четверо из нас рассеялись к музыке и свету Велариса.

Домой.

* * *

Солнце едва опустилось за горизонт, когда Рис и я рука об руку вошли в столовую Дома Ветра, и увидели уже сидящих там Мор, Азриэля, Амрен и Кассиана.

Как один, они поднялись.

Как один, посмотрели на меня.

И как один, они поклонились.

И это была Амрен, кто произнес:

— Мы будем служить и защищать.

Каждый из них положил руку на сердце.

Ожидая моего ответа.

Рис не предупредил меня об этом, и я задалась вопросом, предполагалось ли в таком случае, что мои слова должны идти от сердца, произнесенные без умысла или хитрости.

"— Спасибо вам, — ответила я, приказав своему голосу звучать ровно. — Но я бы предпочла, чтобы прежде чем служить и защищать, вы были в первую очередь моими друзьями.

Мор ответила, подмигнув мне:

— Мы и есть. Но мы будем служить и защищать.

Выражение моего лица стало более теплым, и я улыбнулась им. Моей семье.

— Теперь, когда мы уладили это, — Рис протянул за моей спиной, — мы можем, пожалуйста, поесть? Я умираю с голоду.